Пристрелите нас, пожалуйста!

К ней сунулись было соседи:

– Вы с Аркадием собираетесь что-нибудь делать с домом?

Она посмотрела так, что сосед мигом закрыл рот и испарился.

– Аркашка-то уголовник, – сказал он жене. – С такими лучше не якшаться. А то зацепит, хоть краем, век не отмоешься. Не вздумай к ней ходить, слышишь?

Ульяна Федоровна тем временем прошлась по пепелищу. Она ничего не искала, просто оценивала масштабы работы. Все теперь было на ней. Муж находится под следствием, и скоро должен состояться суд. Он во всем признался и указал на своего бывшего друга Гарика как на посредника.

Теперь они изо всех сил топят друг друга, выговаривая снисхождение. Имя второго убийцы в материалах уголовного дела не фигурирует.

Следователю сказали: случайный человек. Посыльный. Принес заказ, еду из ресторана к праздничному столу, и решил отогреться в доме. Мороз, метель. Не звери же хозяева, впустили. Кто ж знал, что так выйдет? Что касается Вани, тут все было очевидно. По шапке получил его наставник, который не имел права посылать стажера на вызов.

Ваня ведь еще не вошел в должность, не имел звания и вообще проходил в органах испытательный срок. Учинили служебное расследование, завели дело.

Ульяна Федоровна была занята с утра до ночи. Ее без конца вызывали к следователю, то по одному делу, то по другому, она то к адвокату ходила, то носила мужу передачи. И мечтала об одном: поскорей бы суд. Потому что дела на фирме тоже требовали ее постоянного присутствия.

Она так хотела изменить свою жизнь.

И изменила. Теперь она вставала в шесть, ложилась за полночь, начала потихоньку пить коньяк от усталости, от нервов, и перед тем как заснуть, плакала в подушку. Вместо ожидаемого счастья пришло несчастье. Все от нее шарахались, как от зачумленной, фирма тонула, адвокаты тянули деньги.

До Рождества она мечтала об Аркашиной смерти, а теперь спасала неверного мужа изо всех сил. Мечтала уже, чтобы он вернулся домой и они тянули бы эту лямку вдвоем. Потому что для одной женщины, уже немолодой и много пережившей, это непосильная ноша.

Жила она в московской квартире, той самой, которую они с мужем раньше сдавали за большие деньги. Сейчас этих денег у Ульяны Федоровны не было. Как не было у нее больше загородного дома и нескольких банковских счетов, которые пришлось закрыть. Адвокат запросил неслыханные деньги, и она покорно заплатила. Она стала одинокой и несчастной. Только это несчастье сильно отличалось от того, в котором она жила раньше.