Пристрелите нас, пожалуйста!

 – Потом ты поджег тряпки в углу гаража.

– Когда я туда вошел, мне показалось, что пахнет дымом, – кивнул Иван Петрович.

– Вы с ума сошли? – затравленно стал озираться Телятин. – Я этого не делал.

– А когда я туда вошел, дым и вовсе повалил, – продолжал верзила. – Тлело, тлело, а потом полыхнуло. Кажись, банка с суриком рванула. А он в это время хлопнул любовницу. И теперь пытается бабки нам всучить. Может, найдется кто-нибудь, кто за меня отсидит? Ищи дурака!

– Все равно ведь Николай мертв, – заныл Телятин. – Один труп или два, какая разница?

– А ты, как и раньше, будешь жить барином, – покачал головой Ситников.

 – Не пойдет. Никто за тебя в тюрьму не сядет.

– Вот так-то, Аркаша, – зло сказала жена.

– И не надо никому садиться, – замахал пухлыми руками Телятин. – Я ж пошутил! Придумаем что-нибудь. Я знаю: с полицией всегда можно договориться!

– Ваш выход, юноша, – с усмешкой посмотрел на Ваню Иван Петрович. – Откровенность за откровенность.

– Я действительно из полиции, – зарделся парень. – То есть я стажер.

Очень хочу там работать, но вакантных мест нет. Вот я и согласился подождать. Мне и звание еще не присвоили, и в должность я не вошел. Понимаю, надо что-то делать, но что? Я взятки давать не умею, – Ваня зарделся.

– Это какие же нынче взятки нужно давать, чтобы попасть на работу в полицию? – сочувственно покачала головой Ульяна Федоровна, которая в Ваню все еще была влюблена. И ждала правдивого рассказа. Подумаешь, стажер? Почему Тристан не может быть студентом юрфака?

– Сегодня Рождество, – смущенно сказал юноша.

 – А в праздники никто работать не хочет. К тому же погода плохая. Холодно, метель. Если бы был труп, они бы сами поехали. А тут – явный случай шизофрении.

– Я нормальная! – вспыхнула Ульяна Федоровна.

– Помолчи, – поморщился Телятин. – Дай парню договорить.

– С другой стороны, сигнал поступил – надо проверить. А вдруг важная персона? Или блатной? Заявится к какому-нибудь генералу по знакомству, накатает жалобу. А им сейчас только повод дай – сразу чистка рядов.

Вот в полиции и сказали: парень, это твой шанс. Разъяснишь дамочке, и мы тебя возьмем. Дадим отдельный кабинет, оклад нормальный положим. Может, и обманули. Меня все обманывают, – с тоской сказал Ваня.

– Выходит, если я с домашнего телефона наберу 02, они подтвердят твою личность? – нахмурилась Ульяна Федоровна.

– Смотря кто дежурит, – уныло пролепетал Ваня. – Если Палыч уже сменился, другие могут и не знать. А у него жена в больнице. Он к ней хотел поехать.