Потому что Лешка действует еще грубее.
Разворачивает меня, заставляет упереться в стену руками, прогнуться в пояснице…
- Нет! Нет-нет-нет-нет… Ах…
Я упираюсь, прогибаюсь послушно, шепчу свое «нет»… И теку. Бесстыдно и дико.
Лешка это все, конечно же, видит, потому что рычит матерно что-то за моей спиной, пока возится с ширинкой и презервативом. Мое «нет», кажется, заводит его еще сильнее… И меня заводит.
По крайней мере, я прогибаюсь больше, закусываю губу, в голове дурман безумия.
А затем грубая ладонь запечатывает мне снова губы, и каменный член быстро и жестко входит в полностью готовую плоть, в противовес моим «нет», радостно обхватывающую и приветствующую вторжение.
Меня прошибает таким разрядом удовольствия, что не выдерживаю и кричу. И, если б Лешка предусмотрительно не закрыл мне рот, то на мой крик сбежались бы все присутствующие в зале гости, охрана, кухонные работники и бог весть, кто еще есть в этом здании…
Но Лешка не позволяет звукам прорываться, прижимается, входя рывком полностью, наполняя меня так глубоко и сильно, что, кажется, это невозможно вынести.
Это чудовищно и сладко.
Я вся трясусь от возбуждения, от страха и дикости ситуации, я вся горю в его грубых руках.
- Принцеска какая пошлая, а? – хрипит Лешка мне на ухо, - грязная какая… Понравилось, значит, целоваться с ним? Лучше меня целует? Да? Говори, блять! Лучше меня?
Он бьет своим длинным членом сильно и жестко вглубь меня, кажется, задевая что-то такое, до чего раньше никто никогда не добирался.
Это так странно, так безумно, я гнусь в его руках, податливая, как резиновая кукла, гуттаперчевая девочка, делай, что хочешь, только не прекращай..
А Лешка все сильнее и сильнее двигается, меня размазывает по стене, царапаю шелковые дорогие обои ногтями, оставляю бороздки, бедра мелко дрожат, а мой охранник, мой защитник за спиной кажется неумолимым и незнакомым существом из потустороннего мира, демоном похоти, поймавшим свою добычу и теперь медленно и сладко убивающим ее, выпивающим все ее силы… И я рада каждому его движению в себе, я хочу его, хочу сильнее, сильнее, еще, еще, еще!
- Ну, блять? Говори! – рычит Лешка, видно, сильно уязвленный моими словами, а я не могу говорить! Не могу! Он мне рот все еще закрывает!
Мычу возмущенно, и тогда он убирает ладонь с губ… И перехватывает меня за горло! Сжимает, ускоряясь еще больше и перекрывая мне доступ кислорода.
