Приступить к ликвидации

Офицеры, недавно пришедшие в наркомат из армии, ребята, приехавшие из России в помощь эстонским коллегам, буквально цепенели, увидев в коридоре человека, пестротой одежды напоминающего птицу колибри.

Однажды кто-то попытался «поставить вопрос о буржуазных вкусах», но тут же за Куккера вступились и руководство отдела, и сам нарком. Эвальд слышал, как в столовой подполковник Соснин подошел к одному из «зачинателей скандала» и, улыбаясь, сказал:

– Я слышал, что вам не нравится галстук старшего лейтенанта Куккера? Так вот, когда вы сможете работать так, как он, я разрешу вам приходить на службу хоть в купальном костюме.

Всем стало ясно, и Рудольфа оставили в покое. Слава лучшего оперативника прочно закрепилась за Куккером.

Но сегодня Рудольф превзошел самого себя. Он был в песочном однобортном костюме, малиновой шелковой рубашке и коричневой, в белый горошек бабочке. Куккер присел у стола, достал блокнот. Рукава пиджака опустились, обнажив огромные янтарные запонки, исполненные в виде боксерских перчаток.

– Так, Эвальд Альфредович, кое-что есть, – сказал Рудольф, неодобрительно покосившись на дымящуюся в пепельнице папиросу. – Кое-что.

– Давайте, Рудди. – Эвальд погасил папиросу. – Давайте.

– Об отправке денег знали двенадцать человек.

– Это не так много, как кажется на первый взгляд. Восемь из них отпали сразу. Остались трое. Старший экономист Виктор Киндлус, секретарша начальника отдела Марта Мете и инкассатор Майт Магнус.

– Почему вы отобрали именно этих людей?

– Из восьми оставшихся нарком и два его зама, два товарища из Москвы и трое людей, которых я знал лично по работе в подполье.

– Весомо. А что же те трое?

– Киндлус оформлял бумаги и получал деньги; у него их принимали сотрудники, ехавшие в уезд. Секретарша Марта Мете печатала приказы о командировке и документы. Инкассатор Магнус должен был ехать на этой машине.

– Любопытно. Почему же он остался?

– Магнус спортсмен, играет в баскет за сборную города. Остался по просьбе спортобщества – в тот день был отборочный матч перед первой спартакиадой республики.

– Послушайте, Рудди, вы все время называете цифру двенадцать, а пока я вижу лишь одиннадцать фигурантов по делу.

– Двенадцать. – Куккер усмехнулся. – Я не ошибся. Именно двенадцать. О поездке знал человек из спортобщества.

– Он позвонил замнаркому и просил освободить Магнуса от поездки в уезд.

– Что известно о нем?

– Профессионал. Я его знаю. Человек, всю свою жизнь любивший свои мышцы.