- Ты опять сидела за этими чертовыми книжками до утра?!
Соня сидела не за книжками. Вчера она ломала голову над определением фундаментальных квантовых и термодинамических ограничений чувствительности. Это могло бы здорово помочь в разработке новых методов измерения и привести к усовершенствованию гравитационно-волновых детекторов, над разработкой которых она и корпела.
- А разве в книжках дело? – устало прошептала она.
- Нет? Тогда в чем?
Соня отвернулась. Запрокинула голову к потолку, покрытому тонкими-тонкими трещинками.
- Я думаю… думаю, что нам надо расстаться. Точнее… не расставаться, мы же, вроде как, и не были вместе, но…
- Какого черта ты несешь?!
- Ваша жена беременна, я же правильно понимаю? И, наверное…
- Это ничего не меняет!
- Для кого?
- Для нас!
- Для меня меняет… Все. Абсолютно. Я… не могу так. Извините. – Телом Сони пронеслась дрожь. Батареи той зимой были едва теплыми, и тонкая футболка не могла согреть ее озябшую душу.
- Мы снова на «вы»?!
Соня подняла больной взгляд и, задержавшись на нем на мгновение, отвернулась и пошла прочь.
Амир сунулся следом. Они были вместе уже полтора года…
- Перестань, маленькая… Ну же… - шептал ей в затылок. – Ты ведь знала, как будет, ну?
Она не знала! Не знала, что это будет так больно.
Сильные руки Амира прошлись по ее телу, так привыкшему к его ласкам. Сжались на сосках, пощипывая их через трикотаж футболки.
- Нет, не сейчас… Пожалуйста, я не могу!
- Ну, что ты за игры затеяла? Какого дьявола?!
Руки сжались сильнее.
Одна обхватила туловище чуть пониже небольших, тугих холмиков, вторая скользнула вниз.
- Я не хочу! – всхлипнула Соня, но её тело уже отзывалось на ласки, тянулось к нему, для него раскрывалось…
Амир заворчал. Так и не повернув лицом, схватил ее руку и прижал к собственному паху. Губы коснулись уха. Его нежные, умелые губы, его убивающие слова:
- Я хочу секса. И я его получу. С тобой или без тебя. У тебя есть выбор.
Кинжал в груди провернулся. Глаза распахнулись в смертельной агонии.
Тяжелая ладонь легла на поясницу, подстраивая… Вторая - неумолимым движением надавила на затылок, опуская голову вниз, прижимая щекой к бархатной обивке кресла. Он и раньше любил ее в позиции сзади. Но никогда еще она не чувствовала себя такой униженной. Амир согнул ее пополам и резко толкнулся. Стоя. Без подготовки. Ноги дрожали от напряжения, слезы непрерывным потоком катились из глаз. Амир с силой погружался и выходил, погружался и… Но ему было мало её тела.
