Когда он попал в палату к дочке, та спала, подложив руку под щеку. Её непропорционально большую в сравнении с исхудавшим телом практически лысую голову украшала веселенькая косынка. Амир помедлил, давая себе время отдышаться, затолкать внутрь отчаяние и тихую ярость. Все уже позади. Его малышка поправится. Они справились. Они все преодолели. Худшее в прошлом. Он чувствовал, он знал!- Папа?
- Привет. Я тут проезжал мимо, думаю, дай-ка, зайду!
- Привет, - улыбнулась девочка. – Я соскучилась…
Амир сглотнул, кивнул головой и подошел чуть ближе.
С тех пор, как Карине поставили диагноз, в их жизни, в их отношениях многое изменилось. Как будто его девочка снова вернулась…
- Я тоже, малышка… Я тоже. Как ты себя чувствуешь?
- Нормально. Врачи говорят, что я молодец.
- Да, я слышал. Ты и правда молодец, милая.
- Раньше ты так не считал.
Амир поднял глаза. Поймал черный взгляд дочери.
- Сейчас все изменилось. И я надеюсь, что к прошлому возврата не будет.
Карина закусила губу и опустила ресницы, закрываясь, прячась от него:
- Не будет, – тихонько согласилась она.
Кивнув, Амир уселся на рядом стоящий стул. Он смотрел на дочь и вспоминал, какой она была еще совсем недавно. Сейчас Карина мало походила на саму себя образца полугодичной давности. Тогда она выглядела как дешевая пробл*дь. И вела себя соответствующе. Он так и не понял, в какой момент ее упустил. Когда она стала гулять направо и налево, забив на учебу, когда обзавелась такими же друзьями-бездельниками?! В неполные пятнадцать лет его дочь выглядела как прожжённая жизнью баба.
Она одевалась, как проститутка, пила и курила, сутками пропадала в каких-то навороченных клубах, из которых они её с завидной регулярностью вытаскивали. Амир злился, орал, стучал руками по столу и оставлял без денег, но в глубине души… знал, что сам виноват. Сам… и никто больше.
- Врачи сказали, что если все так пойдет и дальше, тебя смогут выписать к Новому году.
- Да, я слышала.
- Вот и отлично. Я возьму отпуск, и мы хорошенько повеселимся.
- Серьезно? – недоверчиво протянула девушка.
- Без шуток.
- Ни хрена себе… - ошалело хлопнула глазами Карина.
- Карина… - поморщился Амир.
- То есть… Я хотела сказать - круто! Ага… Круто.
Восторг дочки был понятен Амиру. И это понимание больно кольнуло сердце. Из него не вышло нормального отца.
