Притворись, что любишь

Да, жена всё время на виду. Послушно выполняет всё или почти всё, о чем он просит: завтракает и ужинает вместе с ним, воспитывает дочь – но по сути теперь их разделяла такая глубокая пропасть, что края не видно. Единственным связывающим их мостиком была Даша.

Даша росла быстро и шумно. Кареглазая, с густыми кудряшками цвета молочного шоколада, активная и любознательная. Она умудрялась быть в нескольких углах комнаты одновременно. Всё время пыталась что-нибудь стащить и попробовать на вкус. Обожала, когда Кирилл носил ее на плечах или подбрасывал к потолку.

Он любил ее безмерно и продолжал любить подарившую ее ему женщину. Пусть и странной, какой-то сломанной любовью. Временами мучил ее, мучился сам. Но знал, что без нее не сможет.

Замаячившая над семьей угроза лишь обострила и без того сильное чувство к жене.

Кирилл обещал себе, что сделает всё от него зависящее, чтобы обезопасить родных. Он позаботится о своих, как делал это всегда, ведь это самая первая из его обязанностей.

28 апреля 2018 года

21:00

В гостиной горел свет.

Огромная плазма искрилась яркими картинками любимого Дашиного мультфильма про фиксиков. Кира сделала звук на самый минимум.

Даша сидела на пушистом ковре между плазмой и диваном, со счастливым видом возилась с новой пирамидкой. Кира сидела рядом, имитировала активность в игре, параллельно наблюдая то за сидевшим на диване мужем, то за устроившимся в углу комнаты новым телохранителем Яном. Присутствие Яна ее очень нервировало. Тот ходил за ней как приклеенный, хотя сменявший его на ночь другой телохранитель нравился ей и того меньше.

Кирилл не испытывал дискомфорта. Как всегда, уткнулся в ноутбук и то ли работал, то ли еще чем занимался. На семью внимания практически не обращал.

Кира подметила, как муж довольно улыбнулся, получив сообщение по скайпу.

«Неужели завел новую любовницу?» – хищно подумала она. Адюльтеры мужа не были для нее секретом. Слишком страстной натурой он обладал, чтобы поститься на голодном пайке. Киру его похождения бесили чрезвычайно.

Она даже не знала, что хуже – когда изменяет или когда домогается ее, но как раз ее он не домогался до обидного давно. Впрочем, что за радость тащить в постель тряпичную куклу, как он назвал ее когда-то. Воспоминания об этом и не только до сих пор ранили.

Ее вообще много чего в этом браке бесило и ранило. Бесило, что приходится бесконечно строить из себя послушную девочку, что она полностью от него зависима, что его мнение всегда идет первым.