Притворись, что любишь

– Вредничаем с утра, да, Даша? – Кира вытащила ребенка из детского кресла и устроила у себя на коленях. – Не хочешь кашу? Давай творожок тогда, а? Вкусно, м-м-м!

– Кстати о вкусном, мне вчера Баранов перед отъездом вручил несколько банок с белужьей икрой. Отец, тебе точно должно понравиться. Сейчас принесу, – он отправился на кухню и вернулся с баночкой и несколькими ложками.

– С чего это он решил сделать такой необычный презент? – удивился Александр Демьянович, но ложку взял и с удовольствием отправил в рот горку черных икринок.

– Ему друзья привезли из Казахстана. Кир, хочешь попробовать? – спросил он и сунул банку ей под нос. – Почувствуй, как пахнет.

Кира вдохнула аромат, сморщилась, спустила Дашу с колен и пулей выскочила из столовой. В этот момент в комнату как раз зашла тетя Маша с большим исходящим паром кофейником.

– Кирилл Александрович, нечего беременным женщинам совать под нос что попало! Вы что, не в курсе, какой у нее токсикоз?

Кирилл недоуменно уставился на домработницу.

– То есть как беременным? Она мне ни слова не сказала!

– Говорила я вам, меньше по командировкам разъезжайте! Будь вы дома, может, и сказала бы.

– Мне не сказала, а вам сказала? – недоумевал он.

– Мне не надо говорить. Я всё и так вижу, – домработница как ни в чем не бывало поставила кофейник и поманила к себе Дашу. – Иди сюда, моя рыбонька. Пойдем, я тебе приготовлю оладушки.

– Так, я не понял, – Кирилл для верности помотал головой. – Если она вам не говорила, как вы узнали?

– По лицу ж видно, – пожала плечами та.

– Интересно, что же вы в ее лице такого увидели? – вставил Александр Демьянович.

– Вам, мужчинам, этого знать не надо, – домработница подхватила Дашу на руки и ушла.

– Это что ж получается, пап? У нас будет ребенок? – на лице Кирилла появилась неуверенная полуулыбка.

– Ты бы с женой поговорил, а? – напутствовал его отец.

Кирилл бросился вслед за женой. Ее спальня была пуста, но из ванной доносился шум льющейся воды. Он подошел к двери и тихо постучал.

– Кирочка, девочка моя, впусти меня, пожалуйста! Давай поговорим?

– Я не хочу сейчас разговаривать. Оставь меня одну, – услышал он сквозь дверь.

– Я всё знаю! Открой!

– Что ты знаешь? – спросила она настороженно.

– Что ты носишь под сердцем нашего ребеночка. Выйди, а? Тебе совсем плохо? – спросил он нежным голосом.

– Как ты узнал? Я никому не говорила! – возмутилась она.

– Я ж не слепой, – решил он приукрасить свою прозорливость.