Притворись, что мы вместе

Такой учтивый тон и благодарность за все, что я сделала для него, непутевого. Вот оно – дерьмо во всей красе. Представляю, как бы он тебя размазал, если бы не эти бумажки. Урод…

– Спасибо тебе, Ирка.

– Себе скажи спасибо, что еще не сто лет и не надо плакать на могиле своей собственной жизни. Ладно. Когда твоя хирургия к тебе переберется?

– Не знаю. В основном из-за Катьки переживаю.

– Ну, острый период еще недели две. Судя по ней, вообще непонятно, есть ли он у нее. Думаешь, она ничего там у вас не замечала, просто жила рядом, как слепая? Это тебе так кажется.

Она к тебе очень привязана, понимаешь? И все твои внутренности чувствует, как барометр.

– Для какого ребенка мать – не ценность?

– Ты не понимаешь. Вот твои соседки, крутые домохозяйки, они в основной своей массе как кухонный предмет. Они даже с детьми-то, если разобраться, не так много времени проводят по-настоящему. Они как для мужа, так и для потомства зачастую просто «убери, принеси, подай».

Всегда дома и всегда под рукой. А ты для нее – ценность. Тебя часто нет. Но когда вы вместе, хотя бы полчаса, вы вместе. Вот в чем дело. Вовка же с ней никогда близок не был. Ты уж меня извини, если последние иллюзии разрушаю. Так что не вижу повода нервничать. Вполне возможно, другой мужчина станет для нее гораздо ближе.

– Посмотрим в конце концов. Думаю, будет логично после суда вам съехаться, если ты уже окончательно про хирургию все решила.

Завитки табачного дыма медленно парили в свете тусклой кухонной лампочки, придавая пространству ощущение спокойствия.

Асрян возвращала мне опору и уверенность. Так хотелось ей прямо сейчас похвастаться: меня, похоже, наконец отпустило, и нет никаких ночных потусторонних кошмаров, уплывающих комнат и пугающе реальных снов. Так хотелось поверить в это самой: уже все, я нормальная, я в себе. Но не стала, испугавшись последствий в виде похода ко всем знаменитым психиатрам Питера.

Пролетела неделя, вся отданная обустройству моего нового жилища.

Мама распотрошила карманы своих мужчин, и хотя никто из моей семьи олигархизмом не страдал, получилась круглая сумма около шестидесяти тысяч рублей. Неожиданно свалившееся богатство сильно выручило: в доме появилась стиральная машина, новый хороший холодильник и много всяких нужных мелочей. Мы с Катрин пребывали в прекрасном настроении: все вокруг было по-нашему, как мы того захотели.