Притворись, что мы вместе

Скоро будем перетирать мироздание, как в старые добрые времена. Очаг большой на этот раз, но рефлексы восстанавливаются. Похоже, что все неплохо вопреки данным обследования. Хотя в вашем случае как всегда.

– Ну вот… хорошо. Дети и Ирочка… Ирочка приходила… я помню… А сын?

– Сын приезжал утром в понедельник и вторник, вы спали. Кстати, он вас сюда и привез.

– Да-да… теперь глупее совсем… Хотела сказать, глупее некуда… просить выписать пораньше. Как назло… Детей совершенно не с кем… хотела сказать, не с кем оставлять.

– Сегодня к вам хотела прорваться Валентина после обеда. Как вы, не устали? Может, отложить?

– Нет, я не устала… Во столько? То есть во сколько она собирается?

– Хорошо. Сейчас капельница?

– Да, пока два раза в день основное – капельницы и массажист.

Лицо еще оставалось несколько асимметричным, бледное и худое. Как всегда, ничего не меняется: устремлена к своей цели. Обнадеживает. Если бы еще цель не убивала. Разговор давался пока тяжело.

– Вам надо как можно больше спать. Я пойду.

После четырех придет невролог, так что еще заскочу вместе с ним. Надо спать и спать, Полина Алексеевна.

Глаза и без моих нравоучений закрывались сами собой.

– Хорошо, спать, значит… то есть будем спать.

Вот как причудливо наше серое вещество. Раньше бы никогда дурацкое «то есть» не произнесла. Вот они, мозги наши, или как там еще, «высшая нервная деятельность».

На дежурстве Славка неожиданно воскресил традицию «тайных» половых отношений в кабинете заведующей. Около часа ночи приемник посетило долгожданное спокойствие, продлившееся почти до пяти утра.

Целый подарок. Смена обстановки на былую бесталанную конспирацию превратила Славку в агрессивного орангутана, отчего мой живот дважды за полчаса отдавался эхом невесомости. Диван имел недостаток в виде старой добротной кожаной обивки, и после такого сражения мы лежали абсолютно мокрые. Пронеслось в голове: разве можно представить такое с Вовкой? Как прекрасна жизнь своими подарками.

– Лен, давай в субботу дежурство поменяем: Костик зовет на дачу с ночевкой.

День варенья будет справлять. Мать с Катериной посидит?

– А что, там детей не будет?

– Да я не знаю. Не спросил как-то.

– Ну ладно, я у матери спрошу. Надо еще субботу освободить. Это сложнее.

– Ну, попытка не пытка.

На душе заскребло, ведь даже не подумал, что можно взять Катьку с собой…

Утром в четверг в кармане обнаружилось лишних полторы тысячи рублей, что намекало на возможность покупки вожделенной тефлоновой сковородки.