Притворись, что мы вместе

Было неимоверно страшно, и прежде всего оттого, что я ничего не могла вспомнить, как ни старалась. Прошлые разы казались теперь цветочками: там была возможность пересмотреть сценарий. Новая ситуация в перспективе попахивала открытой конфоркой или повторно разбитым окном, но уже с выходом через него на ту сторону существования. Оконные стекла, по крайней мере, на кухне, были целы.

На часах было около десяти. Славка мог прийти с минуты на минуту. Я постаралась как можно быстрее уничтожить оставшиеся следы преступления и хоть как-то привести себя в порядок.

За Катькой отправилась на попутке. Я уселась на заднее сиденье к пожилому интеллигентному дядьке. Мужик явно занимался извозом по причине исхудания заработка от основной, без сомнения, очень интеллигентной профессии. Всю дорогу я провела в попытках прогнать из головы адские вопросы, тщетно пыталась восстановить хоть что-то из прошедшей ночи. Вспыхивал и пропадал коллаж из прошлых «приходов», обрывочные картинки: то Полина с чашкой в руках на моей кухне, то дед на подоконнике, но ничего нового и связанного со Славкиной бутылкой вина не возникало.

Показался родительский дом. В подъезде было принято тяжкое решение больше не наматывать сопли на кулак и напроситься прямо после Нового года на консультацию к асрянскому дядьке. Решено. Осталось всего два рабочих дня, можно ненадолго выдохнуть и подвергнуть наконец свои мозги тщательному изучению.

Катерина уже находилась в остром предвкушении новогодних праздников, ожидая громадного количества бонусов за пестрящий пятерками дневник.

Все семейство пребывало на боевом посту. Домашние интеллигентно поинтересовались месторасположением Славки и одобрительно промолчали в ответ на рассказ о круглосуточном рабском труде. Конечно, все ради перспективы поселиться в прокуренном предыдущим оратором кабинете заведующего.

Мы перебазировались на кухню, и мама стала плавно прощупывать варианты нашей новогодней дислокации. Собственно, сообщить оказалось особенно нечего.

Конечно, моя невозможность выдать хоть что-то конкретное за три дня до праздника повергла ее в неприятное беспокойство. Как я могла теперь предполагать, с кем и где я буду в праздники. Хмурая складка образовалась поперек тщательно подкрашенных бровей. Бросив на меня весьма подозрительный взгляд, мама закрыла тему и пригласила провести тридцать первое у них: оба братана будут присутствовать независимо от их собственных предпочтений.