Притворись моей любовью

— Ах, Лайон в опасности? А почему, не знаешь? Может, потому что кое-кто даже не пытался ей помочь, а? И Мадлен! Она тонула, а ты просто стоял и смотрел! Она умереть могла! А ты? Боялся намочить костюмчик? Жалкий трусливый шут…

— Я не мог им помочь! — повысил голос я, но добавил уже тише: — Хотел, но не мог. Я не могу нарушить её приказы.

Даже эта фраза — ходьба по тонкому льду. Ещё бы хоть слово, и последовало бы наказание.

— Брам, времени мало! Потом всё объясню. Отдай фамильяра… — уже не требовал, просил я, но Кадум заупрямился.

— Отвечай, Доментиан! Поперёк горла твои загадки! Либо говори, из-за чьих приказов я чуть не лишился истинной, либо…

Брам готов был наброситься на меня, но его остановила Мадлен. Она, одетая рубашку и брюки Кадума, вышла из спальни, с опаской приблизилась и протянула мне Акси.

— Вот. Когда найдёшь Лайон, передай ей от меня спасибо. Если бы она не послала помощь, Брам бы не успел.

Я посадил аксолотля в карман, кивнул Мадлен в знак благодарности и в упор посмотрел на Брама.

Кадум тяжело вздохнул и отступил в сторону, пропуская в башню. Стоя в гостиной, я достал шкатулку с Гранями. Уже протягивая её Браму, подумал, что возможно стоило бы отдать Мадлен, а не Кадуму, уже зная его ловкость.

«Впрочем, неважно в чьих они сейчас руках, лишь бы не достались Осор. А когда она узнает, то обязательно прикажет мне принести Грани ей».

— Если я приду и попрошу вернуть мне артефакт, не смей этого делать. Ни за что не отдавай мне Грани.

Только Лайон, понял?

— Не очень, если честно. Это как-то связано с той женщиной в чёрном?

— Брам, просто обещай, что не отдашь мне Грани. Я потом всё объясню.

— Ладно, — вопросы закончились, и Брам наконец-то взял у меня шкатулку.

Времени, чтобы найти укромное место или вернуться к себе, уже не оставалось.

Одна мысль — и окно распахнулось так резко, что створки ударились о каменные стены.

«Надеюсь, у них крепкие нервы».

Тело вывернуло наизнанку, перекроило заново, и за спиной я услышал тихий вздох, полный ужаса.

Я знал, что стало его причиной — мой новый вид. Мертвенно-бледная кожа, непомерно длинные руки и ноги с буграми мышц, впалые, сияющие зловещим голубым цветом глаза на лице, лишь отдалённо напоминающем человеческое, способны напугать кого угодно. Кожистые крылья и хвост только усугубляют впечатление.

Бледный демон. Так презрительно называли меня в Хаосе за необычный вид в обеих ипостасях.