Притворись моей любовью

На низком столике у дивана два бокала сверкали в мягком полусвете хрусталём, а в высокой бутылке переливалось рубиновыми бликами вино.

Если Доментиан опять припомнит зелье храбрости, я его укушу! Но он увлёк нас в танец. Мы медленно кружились под плавную мелодию. Я таяла от нежных поцелуев, от его рук, сильных и уверенных, от ощущения горячего мужского тела рядом, однако страх не давал полностью расслабиться. Я понимала, что должна поговорить с ним, но правильные слова никак не шли.

— Я хочу кое-что сказать, — запинаясь пробормотала я, заламывая пальцы, а дальше только открывала рот, как рыба, выброшенная на берег.

Какими словами передать ему, что меня беспокоит? — Мне… Ты вот... Ну…

— Я подожду, — прервал меня Доментиан, обхватил ладонями моё лицо и заставил поднять голову. Он смотрел на меня с такой теплотой и пониманием. — Тебя. Я готов. Ждать. Вечность.

Я распахнула глаза. Значит, догадался. Знает, что я боюсь, что мне необходимо время. И согласен ждать. Стало легко-легко, будто гора с плеч свалилась.

Я прижалась к Доментиану так крепко, как только могла. Зачем я медлила? Надо было сразу поделиться страхами. Он прав: нужно научиться полностью ему доверять.

— Спасибо, — прошептала я.

Доментиан не ответил, его руки лишь сильнее обвились вокруг меня, и мы, не размыкая объятий, растворились в танце, в особенном молчании, не гнетущем и не ловком, как бывает, когда теряешь нить разговора, а уютном и естественном. В том молчании, что дороже слов.

Стук в дверь вторгся в волшебный — только для нас двоих — мир.

Доментиан не пошевелился, но стук становился настойчивее и быстрее. Едва он открыл дверь, как раздался звонкий голос:

— Доментиан! Что случилось с Брамионом? Во что ты его втянул?

Мадлен Шантиль? Я даже подошла посмотреть поближе. И правда она.

Доментиан сложил руки на груди и молча разглядывал Мадлен, склонив голову набок. Не дождавшись ответа, она протиснулась мимо него, сдержанно улыбнулась, увидев меня, и снова повернулась к Доментиану.

— Я отсюда не уйду, пока не узнаю!

Мне не нравился её тон, мне не нравилось, что она стала обращаться к Доментиану на «ты», мне не нравилось, как она смотрит на него, мне не нравилось, что в такое позднее время она запросто заявляется к нему! Пусть к Кадуму заявляется.

Он ей больше подходит!

Я огладила волосы, вытянулась в струнку и торжественно начала:

— Мадлен, мне ещё не представилась возможность лично поблагодарить Брамиона за участие в моём освобождении.