Притворись моей любовью

— Нет, на ночь я останусь у себя.

Мой ответ не понравился Доментиану, но он не возражал, отвёл меня в женское крыло.

— Приходи завтра утром, — сказал он, когда мы дошли до комнаты. Он протянул руку, повесил на дверь защитную руну, вспыхнувшую алым. Я не смогла не улыбнуться: заботится! — И скажи подруге, чтоб никаких мужчин здесь не было.

— Но у неё есть жених, наш друг.

— Мне всё равно. Никаких мужчин. Я предупредил. Иначе не будет у неё жениха, а у тебя друга, — сказал он на прощание, поцеловал и ушёл.

Он ревнует. Он меня ревнует. Это неправильно, но как же приятно чувствовать себя нужной!

С Рудио я болтала до глубокой ночи, будто век не виделись, и только когда наши голоса стали совсем усталыми и глухими, уснули. Утром, едва разгорелся октябрьский рассвет, я убежала к Доментиану, прихватив сумку с тетрадями.

— Знаю, мы не обсуждали, но я собираюсь учиться дальше, — выпалила я, едва наш поцелуй прервался. — И пойду на занятия.

Он разомкнул объятия, отступил, заставляя с тревогой ждать его ответа.

Может, он видит наше будущее другим? Но я хочу быть больше, чем просто возлюбленная демона, хочу иметь дело жизни, общаться с друзьями, идти к цели и приносить пользу.

— Собираюсь учиться… — уже тише повторила я и приготовилась отстаивать свою точку зрения.

— Я помогу. Но жить мы будем в замке.

— Хорошо, но ты позволишь мне немного разнообразить интерьер и разбавить его цветами.

— Тогда пусть твоя мокрая зверюга не смеет по мне ползать. Запрети ему. И в спальне ему не место.

Не желаю его там видеть.

— Хорошо, но я хочу танцевальный зал, и чтоб на потолке облачка! И она будет вся белая. И с зеркалами! И когда-нибудь мы пригласим гостей.

— Белая? Нет, чёрно-белая. И красные панели на стенах!

— И мы будем каждый день на рассвете ходить на прогулки. Нет, летать!

— Не на рассвете, а на закате.

Мы наперебой предлагали идеи: забавные и серьёзные, важные и не очень, здравые и сумасбродные, всё вперемешку. А потом внезапно замолчали, осознав, что мы впервые обсуждали наше совместное будущее.

Я бросилась к Доментиану, обвила его шею руками. Но дверь вдруг без стука отворилась, и в проём просунулись большие чёрные рога. Я спряталась за спину Доментиана, а потом и вовсе юркнула в спальню и осторожно выглянула оттуда. Доментиан, уперев руки в бока, проговорил:

В гостиную бесшумно скользнул демон: старый, с седой, увенчанной рогами головой и кожистыми крыльями, такими длинными, что они волочились по полу.