Притворись моей любовью

Теперь же я хотела выяснить, как демоны относятся к попаданцам, и без книг было не обойтись.

Учебников и справочников в разделе было мало и в основном о чёрной магии, а не о демонах: мало кому в голову приходило всерьёз их изучать. Да и сами демоны не горят желанием открывать свои тайны.

Я пробежала взглядом по корешкам, вытянула с полки небольшую книгу «Классическая демонология» и другую побольше с тривиальным названием «История культуры и быта».

Вернувшись в основной зал и удобно устроившись подальше от каминов, я положила книги на стол, открыла «Историю» и аккуратно перевернула несколько страниц.

Это нам не надо. Я к ним в гости не собираюсь, никто в здравом уме туда не сунется.

Пока ничего нужного.

Ну да ну да. Так я и поверила!

Я пролистала книгу до конца, но про попаданцев там не было ни слова.

Я подтянула к себе поближе книгу по демонологии и с опаской открыла. Демоны из неё, конечно, выпрыгивать не собирались, но сама книга была такая потрёпанная, что казалось, рассыплется на кусочки.

Помимо обычных страниц в ней обнаружились отдельные листы, на которых были напечатаны и даже написаны от руки уточнения и добавлена новая информация.

Гадость какая! Я, конечно, знала об этом, но не уставала поражаться мерзости такой ситуации.

Я перевернула сразу несколько страниц. Попала на главу, в которой перечислялись сыновья Отятома, Великие герцоги Хаоса:

Я пролистала, не дочитывая: всё равно ничего нового, все демоны коварны и изворотливы, а уж сыновья Повелителя, будь прокляты они все, и подавно.

Жрецы племени достаточно поведали нам о жестокости каждого из сыновей Отятома и его самого.

Дальше перечислялись приближённые Повелителя, сильные демоны, о которых было хоть что-то известно. В списке было даже несколько женщин.

Я поморщилась: их женщины ничуть не лучше мужчин.

Перелистнула ещё несколько страниц и взяла в руки вложенные листы.

Имена демонов рябили в глазах.

Перечисление могущественных демонов, известных за пределами Хаоса, занимало несколько страниц, и я зло пролистнула их, но потом вернулась на всякий случай проверить, нет ли среди них противного Доментиана.

Такого не нашла, ну ещё бы – приближённый Отятома ни за что не стал бы заурядным преподавателем в Академии.

На моём плече привычно материализовался Акси, шлёпнулся толстым тельцем на книгу и стал шуршать страницами, очень ему нравился этот звук.

— Так-с, – раздалось неожиданно у моего уха.