Притворись моей любовью

Поднялся шум, забава мгновенно захватила внимание. Студенты уже не скрываясь хихикали, тянули руки к пузырям. Те, стоило только дотронуться, лопались, обдавая брызгами и блёстками ко всеобщей радости. Парни за моей спиной начали новыми писклявыми голосами напевать скабрёзную песенку. Откуда-то появились чёрные кошки, как две капли воды похожие на мою Иветту. Похороны рискнули затмить собой жизнерадостный праздник Весны, всё больше напоминая развесёлое гулянье.

Только преподаватели да мы, студенты, стоящие недалеко от гроба, старались сохранить невозмутимость.

Господин Камнегрыз попытался призвать к порядку всех остальных и ему почти удалось, но ненадолго. «Голая!», «смотрите, платье тает», «вот это да» понеслось со всех сторон, и я не выдержала, завертела головой узнать, что же случилось. Узнала, и у меня рот открылся от удивления. Платье Айрин Остроули на глазах становилось до невозможности прозрачным, а потом и вовсе исчезло, оставив растерянную Айрин стоять посреди толпы в нижнем белье необычного кроя. Я нарушила протокол — какая разница, всё равно это уже не похороны, а комедия — попыталась добраться до Айрин, но меня опередил МакКоллин. Он сорвался с места, в мгновение оказался рядом с Айрин, укутал её в свой сюртук, но она всё равно чуть ли не плакала и куда-то бросилась, не разбирая дороги. Вампир побежал за ней.

Я попыталась вернуться к гробу и исполнению обязанностей, но меня едва не сшиб с ног Войнич. Он схватил за руку госпожу Амину, вытянул её на свободное место и встал на одно колено.

— Согласна ли ты стать моей женой?

Богиня-природа и четыре стихии! Ну и похороны! Почему Войнич делает предложение именно сейчас? И кому! Ведь госпожа Амина преподаватель. Это законно? Впрочем, я за них рада. Что может быть прекраснее любви? Наверное, и пузыри предназначались Амине. Ну Войнич! Не зря считается хулиганом, какого Кеалмэ не видывал. Под радостные возгласы толпы Войнич впился поцелуем в госпожу Амину, а бледный ректор чуть ли не сполз со своей подставки, наверное, от умиления новоиспечёнными женихом и невестой.

Брызги, блёстки, смех. Вот так завершились похороны Галгалеи, и нас распустили. Даже обряд погребения не довели до конца, гроб с телом так и остался стоять. У меня небогатый опыт посещения похорон, но я уверена, что эти были самые необычные.

— Ради святых драконов, простите! Я не хотела, правда… Я всё исправлю, честное слово! — залепетала Мадлен.

Она покраснела, потом посерела, а после побледнела до синевы.