Притворись моей женой

Задержаться на впадинке на коленной чашечке, разминая кожу пальцами. Когда я добрался до сокровенного местечка и замер, остановившись в сантиметре от подрагивающего клитора, Таня уже вовсю мяла пальчиками простынь. Я подул на разгорячённое лоно и посмотрел на её реакцию.

– Ты просто издеваешься… – возмутилась Таня, но тут же довольно застонала, потому что я решил: довольно игр, нужно переходить к десерту.

Я дотронулся языком до клитора и сам едва не застонал, чувствуя пульсацию этого комочка плоти, набухающего от ласк и поцелуев.

Я целовал и покручивал языком разгорячённую точку, придерживая одну ножку за бедро. Таня довольно стонала и едва могла удержаться на месте от дрожи, прошибающей её тело насквозь.

Немного ниже – лизнул языком сочащееся влагой лоно. Услышав громкий протяжный стон, я ускорился, обводя языком чувствительное местечко. Внезапно почувствовал, как её пальчики зарылись в мои волосы. Она пропускала пряди между пальцами и притягивала моё лицо в себе ещё ближе и теснее.

Так, что мне не оставалось другого выбора, кроме как надавливать языком, проталкиваясь внутрь лона, сладко содрогающегося от наглых и быстрых толчков. Охренеть как вкусно!

Впервые я получил такое огромное удовольствие потому, что доставлял его любимой женщине. Это похлеще самого чистого кайфа – пить её удовольствие вот так, собирая его языком, растирая, прикусывая, вылизывая и чувствуя, как она становится ещё более влажной, потому что сильно кончает.

И едва ли отдаёт себе в этом отчёт, но каждое непроизвольное движение её тела – как мольба о том, чтобы я не останавливался. Ещё немного подразнить и поцеловать, вновь провести языком по трепещущей плоти…

Я поднялся, глядя на Таню. Такой красивой, как сейчас, я её ещё никогда не видел: открытой и доверчиво распахнутой передо мной. Я улыбнулся, поймав её взгляд, всё ещё плавающий от сильного удовольствия.

– Раздевайся, Родион! – шаловливая ножка принялась массировать мой стояк через ткань брюк.

Таня приподнялась и резко сдёрнула с плеч пиджак, нетерпеливо потянула рубашку, и несколько пуговиц не выдержали натиска, запрыгали по полу, как белые горошины.

– Только ремень не погрызи от страсти, – пошутил я.

Но похоже, что это была последняя шутка на сегодня, потому что маленькие пальчики проворно забрались под резинку трусов, поглаживая член.

– Не погрызу, – выдохнула Таня, покусывая мою шею.