Притворись моей женой

– Будешь отнекиваться до последнего? Ладно. Но при взгляде на вас всем становится ясно, что вы – фиктивная пара.

– Утомляешь, Елисей. И начинаешь повторяться. Может быть, сменим тему разговора?

– Хорошо… А как насчёт того, что ты слишком хороша для Родиона?

Я едва не давлюсь своим кофе. Слишком резко меняет тему Елисей. Полярно, я бы даже сказала. Но Елисей оглядывает меня, ничуть не скрывая своего плотского интереса, и придвигается ко мне ближе.

Не знаю, за кого он меня принимает. Наверное, за такую же продажную девку, какой является его лже-супруга.

Елисей окидывает меня довольным взглядом. Он словно ощупывает меня им, заостряя внимание на всех выпуклостях. И видит бог, как мне в этот момент рядом не хватает Родиона с его кулаками и почти двумя метрами роста! Он бы скрутил в бараний рог этого хлыща и дал ему пинка под зад для ускорения. Родион не терпит соперничества и посягательства на то, что читает своим. А меня Медвежонок по какой-то причине считает принадлежащей ему. Ладно, ясно, по какой именно причине. Но к чёрту все сомнительные причины!

Сейчас мне как никогда раньше хочется спрятать лицо на широкой мужской груди и пожаловаться на косые и неприятные взгляды вот этого смазливого субъекта. А Медвежонок пусть бы разбирался с ним! Чёрт? Я что, на самом деле назвала Родю про себя Медвежонком? Так, стоп, Татьяна! Но мысли уже понеслись в заданном направлении. И я с каким-то удовольствием подумала о том, добрый медвежонок Родя стал бы очень злым гризли, если бы увидел, какие сальные взгляды на меня бросает его двоюродный братец.

Но Елисей растолковал моё молчание совсем по-другому. Он придвинулся ко мне ещё ближе и будто бы невзначай закинул руку на спинку дивана. Елисей лучезарно улыбнулся во все свои тридцать два отбеленных зуба и спросил:

– Признайся честно, Танюшка… Сколько Родя тебе заплатил?

Я улыбнулась, представив, как Родя одним ударом своего кулака выбивает Елисею зубы в шахматном порядке. И томно спросила:

– Откровенность за откровенность?

Елисей потянулся второй рукой к моим волосам и принялся наматывать прядь волос на палец.

– И я могу рассчитывать на твою честность?

– Конечно, куколка, – беззаботно заверил меня Елисей.

Я призадумалась. Якобы. Потом приблизила губы к уху Елисею и выдохнула:

– Во сколько тебе обошлась Ирусик? Недорого? И помни, ты обещал мне…

Я положила ладонь на колено Елисея и двинула пальчики чуть выше, продолжая томно нашёптывать ему на ухо:

– …быть честным… мальчиком.