Я просто застыла на это время, отключила все чувства. Но внутри я кричала. От боли. Словно мне грудь разворотили. Но я не могла показать ему это. Я дала себе слово держать лицо. И так бросилась к нему зареванной. Хватит с меня и этого позора.
Я ехала домой, словно замороженная. Не могла расслабиться. Меня сковало от шока. Ведь я никогда не должна была с ним встречаться. И я надеялась, что так и будет. Но судьба решила, что мало мне было в мои семнадцать. Решила и в двадцать пять окунуть меня с головой в эту боль.
Кое-как припарковав машину, я бросилась в подъезд.
В один миг влетела на этаж по лестнице, не в силах даже минуту подождать лифта. Я просто не могла остановиться. И только захлопнув дверь квартиры, я сползла на пол, привалившись к ней. При этом я издала такой истошный крик, что перепуганная Майка выскочила из своей комнаты и бросилась ко мне.
– Ален? Что? Что случилось? – пытаясь поднять меня и обнять, чтобы хоть как-то успокоить, спрашивала подруга.
– Я дышать не могу, – прорыдала я, наконец, выдавливая слезы.
Так легче. Пусть они смоют мои душевные раны.
– Давай вместе, – прошептала Майка, пытаясь глубоко вдыхать, помогая мне.
Как только у меня получилось, я кинулась на шею подруги.
– Я в машину врезалась. В его машину. Майка, я его видела. Говорила с ним. Просила помочь. Какая же я дура, – сбивчиво выпаливала я фразу за фразой.
– Кого? Севу? Какую еще машину? – пыталась добиться от меня разъяснений подруга. – Стоп! Ты в аварию попала? Ты в порядке? Где-то болит?
– Болит, Май! Сильно! Но не из-за аварии, – шепотом ответила я, уставившись на подругу.
Потом перевела взгляд на платье.
– Нужно его снять. Поможешь? – всхлипывая, поднялась я и поплелась в комнату.
Переодевшись, я посмотрела на Майку. Из меня словно все силы выкачали. Я не могла из себя выдавить ни единую эмоцию, кроме вселенской усталости.
– Кого ты встретила? Своего Митю? – спросила она. И как только догадалась?
Я кивнула и скривилась от боли, прижимая сжатую ладонь к сердцу. Точнее, к тому месту, где снова кровоточила открытая рана.
– Ты все еще его любишь? Серьезно? Семь лет прошло, – прошептала Майка, стараясь покрепче меня обнять.
– Я только его и любила. Больше никого и никогда, – прошептала я и, выпутавшись из ее рук, тяжело опустилась на кровать.
– Хочешь это обсудить? Или лучше сменим тему? – спросила моя такая внимательная подруга.
– Я не могу о нем говорить. У меня просто каша в голове, – прошептала я, откинувшись на кровать и прикрыв глаза ладонями.
