На следующей неделе у нас с Джейксоном действительно все идет на лад – настолько, что я решаю: Талли права, я слишком мнительная и многое нафантазировала. Он просто был занят работой. А на выходные ездил домой повидаться с семьей и не мог часто писать. Он пригласил меня пойти поужинать в ресторан во вторник вечером – в тот самый ресторан, про который я ему говорила. Видно, что он готов вкладываться в отношения, и я чувствую себя дурой – мне-то казалось, что ему все равно.
Лучше бы он не старался так сильно.
Мне становится сложнее понять, готова ли я вкладываться сама.
К концу недели у нас все снова стихает и пишет он мне через раз. Наверное, опять занят на работе или поехал к родственникам, вот и все.
В любом случае мне становится проще выбросить проблему из головы, когда в субботу утром Гарри заезжает за мной, чтобы отвезти на свадьбу своей подруги Аннабель. На нем серый костюм в тонкую полоску и яркий галстук небесно-голубого цвета.
А вот мое лаймово-зеленое платье, которое, как мне казалось в магазине, выглядит свежо и по-летнему, совершенно не подходит к его наряду.
– Сколько рюшечек, – вместо приветствия говорит Гарри. Чем дольше он смотрит на мое платье, тем выше поднимаются его брови.
– Я думала, они милые, – бормочу я, чувствуя себя полной идиоткой, и неловко дергаю оборки. Можно подумать, они оторвутся. Такие вещи всегда лучше выглядят на манекене, чем на нормальном человеке.
– Очень мило, – говорит он, и его лучезарная улыбка противоречит его же убийственно серьезному тону. – Ты выглядишь как прелестная груда оборочек.
Я легонько пихаю его в грудь:
– Замолчи. Дай мне пять минут, я надену платье, в котором была на свадьбе в прошлый раз…
– Даже не думай. Ты же меня опозоришь, если выйдешь со мной в свет в чем-то менее эффектном! Да брось, моя горячая штучка. Поехали наведем шороху.
Он буквально затаскивает меня на низкое пассажирское сиденье своего «Мерседеса», и я утопаю в мягком кожаном кресле, а мое разгоряченное лицо обдувает кондиционером.
Я, конечно, могу время от времени отпускать язвительные замечания насчет того, как нерационально он расходует свои весьма приличные средства, но надо отдать ему должное: эта машина стоит каждого потраченного на нее пенни.
– Так, напомни, кто все эти люди, – прошу я, пока мы едем к какому-то загородному особняку.
