Ассистент фотографа по очереди вызывает приглашенных – поодиночке и группами.
Все оставшееся время я держу Гарри под руку, нежась под предзакатным августовским солнцем и наслаждаясь своим новым статусом. Незнакомые люди крайне любезны со мной, а одна особенно восхитительная леди в костюме от Chanel делает мне комплимент по поводу платья, и я на седьмом небе от счастья.
Я не знаю никого из этих людей, так что, когда они спрашивают меня, чем занимаюсь, я не стесняюсь признаться, что веду популярную онлайн-колонку о свиданиях и отношениях.
Я не вдаюсь в подробности, но вот интересно: чем более туманно я изъясняюсь, тем больше их впечатляют мои слова, что только укрепляет мою уверенность в себе. Я их очаровываю, я заставляю их смеяться, а женщины слегка приобнимают меня и твердят Гарри: «Боже, какая она милая. Не упусти такую девушку!»
И все-таки это случается. Старые друзья Гарри несколько раз шутят по поводу его развода: желают ему удачи в новых отношениях, весело грозят пальцем и предупреждают, чтобы на этот раз он держал ухо востро, – и всякий раз Гарри смеется чуть громче и чуть резче, чем положено.
Я чувствую, как он весь застывает, – а потом нервно тянет коктейль, словно хочет проглотить комок, застрявший в горле.
И вот над ним шутят уже в пятый раз, а я поглаживаю его по руке, стискиваю его плечо и целую, когда он оборачивается ко мне.
– Держись, – говорю я ему.
– Если кто-то еще раз скажет, чтобы я держал тебя подальше от своего брата, я ему просто врежу."
"– Ты же знаешь, что я смотрю на тебя одного, милый, – шучу я (хотя это отчасти правда) и снова его целую.
Я чуть отстраняюсь, беру его за руку, наши пальцы крепко переплетаются. В этот раз я стала для него якорем. – Хочешь, я вылью на кого-нибудь шампанское или устрою сцену, чтобы тебе полегчало?
Он смеется, и лицо его становится мягче.
– Спасибо за предложение, но все в порядке.
– Ладно. Если что-то изменится, дай мне знать, и я размажу кусок торта по платью невесты.
Слава богу, Гарри не просит меня об этом. И потому, что над ним больше никто не шутит, и потому, что я вряд ли смогла бы испортить платье Аннабель.
Она такая милая, что у меня не поднялась бы рука.
Ужин проходит за длинными столами: они покрыты дорогими белыми скатертями и уставлены изысканными цветочными композициями. Мы с Гарри садимся возле их с Аннабель общих друзей, с которыми недавно болтали.
Подают основное блюдо, и Аннабель порхает вдоль столов, чтобы пообщаться с теми, с кем не успела во время фотосессии.
