– А это еще что?
Я показываю на Гарри, потом на папу:
– Не «что», а «кто». Это мой парень Гарри. А это папа.
– Охренеть как смешно, я про сумки! – фыркает она, но все же вежливо кивает Гарри: – Привет, Гарри, рада снова тебя видеть. Прости за беспорядок.
Он говорит, что ей не о чем волноваться, что она прекрасно выглядит и дом у них чудесный, – а я пока передаю ей сумки.
– Поппи уже выросла из некоторых вещей, так что Доун передала их тебе. Если тебе не нужно, мы можем их отдать на благотворительность, или сдать на переработку, или еще что-нибудь придумать.
И кстати, мама тебя поздравляет и передает подарок…
– Ох, она же мне писала. Спасибо ей.
– Она, кажется, купила тебе одежду, – неуверенно говорю я, отдавая Надин большую подарочную сумку. – Тут футболки и всякое такое. Она говорит, это на случай, если ты не успеешь постирать испачканное… И еще тут книжки для ребенка…
– О боже, это так мило. Я напишу ей попозже, но ты поблагодари ее от меня, пожалуйста. Господи, какая она предусмотрительная! Мама, смотри!
Надин уже выхватила сумку у меня из рук и теперь перебирает одежду и достает несколько предметов гардероба, чтобы показать Камилле.
– А я… э… я… я тоже кое-что тебе привезла.
Я беру подарочный пакет и вытягиваю одеяльце, хотя и боюсь, что мой подарок не вызовет у нее такого восторга, как предыдущие. Одеяльце мягкое, вязаное, лимонно-желтое, где-то тридцать на девяносто сантиметров, с вышитыми черными буквами – инициалами малыша: ФДД, Финли Джеймс Доуз.
Я заказала его на Etsy, перелопатив десятки статей на тему «Что подарить молодой маме».
Когда малыш родился, я заказала для Надин плюшевого слоника, но через несколько дней Джессика проговорилась, что почти всем остальным пришло в голову примерно то же самое. Тете Доун надарили кучу одежек для новорожденных, и большую часть на малышку даже не успели надеть, поэтому я решила, что Надин тоже ждет нечто подобное. Не могла же я приехать в гости с пачкой подгузников. К тому же я себя знаю: наверняка купила бы не те.
А вот одеяльце показалось мне милым. Практичный подарок на память.
– Уи-и-и-и, какое оно хорошенькое! И такое мягонькое. Это так предусмотрительно, Софи."
"Надин лучезарно мне улыбается: теперь она куда больше похожа на себя прежнюю. Камилла щупает ткань и одобрительно хмыкает. Наконец-то я могу вздохнуть с облегчением и улыбнуться Надин в ответ.
– Значит, так! – Папа хлопает в ладоши и отпихивает меня, чтобы проникнуть в гостиную.
