Сашка, конечно же, не оставляет меня ни на секунду. Садится рядом, закидывает руку на плечо. Противиться этому глупо. Я и не противлюсь. Ведь он в самом деле мне нравился. И единственное, о чем я жалею, так это о том, что Сашка не выбрался ко мне раньше. Когда меня еще не заклинило на другом. На том, к кому я не имею права ничего подобного чувствовать. А значит, что? Мне просто нужно изжить из себя мысли о Матиасе. И я уверена, что у меня все получится. Нужно только немного времени.
Так что когда Сашка принимается меня целовать, я с охотой ему отвечаю и даже поворачиваюсь к нему, чтобы было удобнее.
Вцепляюсь в футболку. Худи он снял. Я его поглаживаю. Останавливаемся, только когда начинает остро вонять горелым. Сашка вскакивает, хватает под мой заливистый смех сетку с обугленными сосисками и начинает скидывать их на пластмассовую тарелку. Потом мы пьем вино, он – совсем чуть-чуть, а я – все остальное, едим сосиски и целуемся до боли в губах.
И знаете, мне все нравится. Я даже вполне честна перед собой, когда говорю, уже возвращаясь к машине:
– Не хочу, чтобы ты уезжал.
– Черт, – хмыкает Сашка, растирая шею. – Я тоже. Может, подумаешь о том, чтобы поехать со мной? На крайняк попытаемся всунуть тебя в местный универ.
И это звучит настолько заманчиво, что я даже всерьез задумываюсь о том, чтобы и впрямь все переиграть, но потом вспоминаю отца…
– Не могу. Мы ведь только познакомились. И знаешь, он, кажется, болеет.
– Ну, правильно. Здоровому ты ему на кой? А теперь, наверное, хочет из тебя няньку сделать.
Это замечание мне категорически не нравится. Более того, оно меня унижает.
– Отец узнал обо мне, когда я сдала тест, и система сверила наши образцы. Моя мать ничего ему обо мне не рассказывала.
– Ты так в этом уверена?
– А зачем бы он стал врать? – Сашка с намеком вскидывает брови. А я закатываю глаза: – Он богат. И вполне может себе позволить оплатить услуги сиделки, зачем ему придумывать какие-то хитрые схемы? Искать дочь, которую, если тебя послушать, он не хотел знать…
– Наверное, ты права, – вынужден признать Сашка.
– На кой ему еще один наследник? Там уже, небось, все давным-давно поделено.
– Ну, допустим, я ни на что не претендую, – меня передергивает.
– Но ты же в праве.
– Пусть лучше он живет, – я отряхиваю руки и отворачиваюсь к окну, чувствуя непривычную тяжесть в груди.
Глава 9
На следующей неделе у меня в универе настолько плотный график, что я не знаю, за что хвататься.
