Я же прекрасно осознаю, что голосом разума со мной зачастую говорят комплексы. И тут очень важно нащупать грань… Отличить одно от другого.
Уже на выходе из комнаты Матиаса меня останавливает звонок телефона. Так поздно ему могут звонить или друзья, или женщины. Оборачиваюсь.
– Не ответишь?
– Нет.
– Почему?
– Не актуально.
К себе возвращаюсь, улыбаясь до ушей. Потому как что это, если не обещание хранить верность?
«Ты тоже заканчивай с корейцем», – приходит сообщение, когда я уж в кровать укладываюсь.
Закатив глаза, прячу китайца под подушкой, решив ничего не отвечать. Но спустя несколько минут Матиас пару раз бьет кулаком в стену. И я, улыбаясь, как последняя дура, строчу:
«Ладно. Не буянь».
Утром к завтраку спускаюсь в необычно приподнятом настроении. Но к моему разочарованию, все уже разъехались. Бездельничая, я забываю, что в нашей семье никто не сидит без дела. Очевидно, мне тоже следует заняться чем-то полезным. Я же планировала подыскать какую-нибудь работу. Но в моей жизни возникло так много неопределенности, что я отказалась от этой мысли.
А теперь, видно, пришла пора к ней вернуться.
Выпив кофе и съев приготовленные домработницей сырники, решаю все же пробежаться по объявлениям на Хед Хантере. Правда, на этом не так-то просто сосредоточиться, когда все мысли о Матиасе. Злюсь сама на себя. Это ж надо! У меня в жизни есть конкретная цель, а я до того погрязла в личном, что почти остановилась в своем к ней продвижении. В конечном счете эта мысль подстегивает меня отправить парочку резюме.
И так меня это дело закручивает, что я едва не опаздываю на встречу с риелтором. Вспоминаю о ней буквально в последний момент. Вызываю такси, всю дорогу кошусь на часы. А завидев издали поджидающего меня Матиаса, начинаю еще больше нервничать.
– Привет! Вроде не опоздала…
– В самый раз. Пойдем.
Он берет меня за руку. Моя ладонь буквально тонет в его. Все же Матиас настоящий великан. И мне это нравится. Пока едем в лифте, утыкаюсь носом в его предплечье и дышу… дышу…
– Соскучилась, что ли? – хмыкает он.
Не привыкшая вот так в лоб делиться своими чувствами, киваю. А потом откашливаюсь, приводя в рабочее состояние голосовые связки, и через силу выдавливаю:
– Да.
– Вот и славно.
Мы начинаем целоваться еще в лифте. Когда он останавливается, кое-как друг от друга отлепляемся, чтобы открыть дверь.
– Здесь прихожка, тут гардероб и кухня-гостиная с выходом на террасу, а это спальня.
