– А вот еще какой-то парень! Ой, ты только глянь, какой хорошенький!
Светка продолжает восторженно щебетать, а мне тошно. Выходит, это не она дура, а я! В глубине души все еще надеющаяся на что-то.
– Слушай, а с пятиюродным дядей ты же можешь встречаться, м-м-м?
– Светка, ты спятила?
– Сама же говоришь, что общие предки у вас жили при царе Горохе, а он хорошенький. И контакты есть. Не хочешь написать… – Светка сводит бровки в кучу, – Стасику? Его Стас зовут. Стас Левашов.
– Тебе не кажется ненормальным сватать меня ко всем подряд? – изумляюсь я.
– Почему нет? Ты девушка свободная.
– Быть свободным и никому не нужным – это немного разные вещи, – рублю как есть и захлопываю крышку ноута. Настроения учиться – как не бывало, а желание развлекаться так и не появляется.
– Там еще генетическую предрасположенность к всякого рода заболеваниям можно глянуть, – сникает Гордеева. А во мне такая злость просыпается! Хочется рявкнуть, что мне и без этого прекрасно известно, в каком месте мои гены дали конкретный сбой.
Но, к счастью, нашу дружбу со Светкой спасает стук в дверь.
– Всем привет. Я к вам с добычей…
В сетке у Светкиного парня мидии. Что не грозит студентам в наших краях – так это голодная смерть. Мы шикуем. Крабы, устрицы, мидии и ежи – привычная наша пища.
– Вы давайте, готовьте, – продолжает Ромка, дуя на красные озябшие руки. – А мы с Петруччио сгоняем в магаз.
– Петруччио? – закатываю глаза.
– Петька. Друган мой. Ну, я пойду.
Ромка отвешивает Светке шлепок по заднице и захлопывает за собой дверь.
С тоской гляжу на пол, заляпанный морской водой, стекающей с мидий.
– Тащи миску. Запечем под сыром, да? У нас как раз засыхает. Только укроп не клади, хорошо? Ромка его не ест.
– Гурман! Укроп не ест, а вино из пакета хлебает, – злюсь я, тарахтя тарелками.
– Язва! – беззлобно огрызается Светка.
– Почему это?
– В прошлый раз вы тоже с Ромкой пацапались.
– Это когда? Когда твой прынц отказался помогать мыть посуду?
– Ну, согласись, это не мужская работа.
– Серьезно? Типа, мужики произошли от обезьяны, а женщины – от енотов-полоскунов?"
"Гордеева начинает ржать и тихонько сползает на табуретку. Все же мне с ней повезло. Люблю открытых людей. С ними просто. Что на уме – то и на языке. Никаких подвохов, двойного дна. То ли дело я… Думаю, Светка вряд ли догадывается, что я за человек на самом деле. И хорошо, что мы такие разные. Два интроверта на несколько квадратных метров – это слишком.
