Очень вовремя, кстати, аккурат к моменту, когда воля, на которой я еще какое-то время жила, ломается с оглушительным хрустом.
Глава 18
Четыре года спустя"
"В офисе я одна не впервой, но почему-то сегодня это как-то особенно бросается в глаза. Только поймите правильно. Ребята, которые здесь работают, выкладываются на все сто. Но даже у таких энтузиастов своего дела в приоритете все же жизнь, а не работа. Сейчас Джастин наверняка возвращается с океана, покорив очередную волну, Риши готовит с женой ужасно острый традиционный ужин, а Таня или йожит, или встречается в баре с очередным парнем из Тиндера.
Мне тоже вроде бы есть чем заняться. И возвращаться есть к кому. Но уже которую неделю именно я задерживаюсь.
Сворачиваю результаты тестов, открытые на экране. На пальце поблескивает бриллиант. Сашка очень расстарался, делая мне предложение. И, наверное, мне бы следовало порадоваться, что он так заморочился с мексиканским оркестром и полетом на воздушном шаре. Но я почему-то думаю о том, что этим он просто не оставил мне выбора.
Потому как обычно на его брошенные то ли в шутку, то ли всерьез «может, поженимся» я отвечала, что меня все и так устраивает. Мы ведь уже четыре года живем вместе. Он стал моим первым парнем. Вместе с ним я переехала в Штаты и прошла через бюрократический ад, знакомый каждому релоканту.
Теперь все позади. И у него, и у меня есть Грин-карта. Мы снимаем просторную квартиру в отличном кондоминиуме с бассейном и прочими ништяками. Живи и радуйся. Но как будто что-то мешает. И не помогают ни медитации, не модные нынче ретриты.
Что не так, почему ничего не хочется – непонятно. Жизнь – как рассыпавшийся пазл. Вот прочные здоровые отношения. Вот работа, в которой делаешь успехи. Вот друзья, которые всегда помогут. Вот – банковский счет и медицинская страховка. Вот путешествия. Поездки: в Мексику, на Гавайи и в Доминикану. Вот отец, победивший рак, с которым у меня за эти годы установилась прочная связь. Но когда я пытаюсь сложить все вместе, состыковать одно с другим, цельной картинки, как ни крути, не выходит.
А ведь, казалось бы, чего еще желать вчерашней детдомовке? С жиру, что ли, бешусь?
В Телегу падает сообщение от отца. Напоминает про юбилей. Хочет видеть. По-хорошему, надо быть. Потому как, ну сколько еще можно бегать? Смешно, четыре года дома не была. Какого черта? Все давно в моей душе утряслось. Обиды, и той не осталось. Да и было ли на что мне обижаться? Все мы идем на сделки с совестью, когда дело касается чего-то важного.
