Вот же любит человек провокации. Так любит, что порой вообще путает берега.
– А потом передумали? – начинает нервничать Марианна.
– Именно так.
– И ты только сейчас мне об этом рассказываешь?
– Не думал, что это важно, – заставляю себя хоть так смягчить ситуацию. – Иди ко мне.
Обвив талию Марианны рукой, притягиваю ее к своему боку. Носом зарываюсь в искусно завитые локоны, дышу. Знакомый терпкий аромат проникает в ноздри, потихоньку возвращая в душу покой. Так и надо. Все правильно. У нас все серьезно. Мы уже год вместе.
Достаточно времени, чтобы я все взвесил и все для себя решил. Марианна будет мне хорошей парой. И отличной матерью нашим детям. А что касается чувств… Сердца нового я не купил. А старое, видно, с дефектом.
Откуда-то от моря доносятся взрывы смеха. Наверняка отец рассказывает очередную байку, перед тем как пригласить гостей к столу. Аня тоже с улыбкой оборачивается на звук и этим перетягивает мое внимание.
Надо признать. Она действительно очень эффектна. Простое голубое платье-комбинация, собранные в узел на затылке волосы и сдержанный макияж – такой себе шик старых денег.
– Ты ее любил?
– Мариан, ну что за глупости? Это давно уже в прошлом.
– С тобой сложно, Мат. Знал бы ты, как с тобой сложно.
Она не первая мне это говорит. От своих любовниц я миллион раз слышал, что я ледышка. Пожалуй, Аня единственная, кто никогда не предъявлял мне претензий на этот счет. Возможно, потому что она и сама такая. Нам было комфортно. Без этих тупых и ни к чему не обязывающих признаний.
Просто рядом. Вместо тысячи, сука, слов.
– Раз от вас помощи не дождешься, я сам, все сам!"
"Серый, нагло мне подмигнув, подхватывает с подноса мимо проходящего официанта запотевший бокал с шампанским и шагает к Ане. Ну, какой мудак, а? Стиснув зубы, ласково веду по бедру Марианны пальцем, а сам, конечно, наблюдаю за тем, как будут развиваться события. Аня оборачивается. Ее глаза расширяются. В них проскальзывает замешательство, что-то еще, чего я не разбираю, веселье… Серый тычет пальцем себе за спину.
Аня прослеживает за ним взглядом, замирает, завидев нас, а потом с грацией королевы нам машет и возвращает все внимание Сереге. Я злорадствую – интересно, как на это бы отреагировал ее корейчонок. А насмешливый голос внутри замечает – а сам то, а сам? Очень странно, что как будто не все равно.
К счастью, тут всех приглашают за стол. И я переключаюсь. Мероприятие выходит, как всегда, очень душевным. У отца много друзей.
