— Интимную связь… — перекривила его я. — Козлы проктэррианские. Вот вы кто. А ваши женщины в курсе, где и с кем вы опыта набираетесь, перед тем как стать для них верными и заботливыми мужьями? Или они думают, что женилки у вас с рождения, как стрэйнджеры после сборки, высшим пилотажем обладают?
— С того момента как мы заключаем помолвку, мы тоже храним своим невестам верность, — заявил Торн и у меня от его наглости даже дыхание перехватило:
— Да-а? А я, как понимаю, являюсь наглядным примером твоей незапятнанной репутации?
Райдэка перекосило, и я ""милосердно"" добила его своим бескомпромиссным: ""Кобель"".
"
"— Я оступился один раз в жизни, и то, если бы ты не влезла ко мне в койку, этого бы не случилось, — оправдываясь, гаркнул Торн.
— Ой, вы посмотрите на него. Так это я еще и виновата? Я вообще к Шону пришла.
Из груди мужчины с рыком вырвалось свирепое ругательство на проктэррианском, а затем меня подмяли под мощную командорскую тушу, закрыв рот диким поцелуем:
— Слышать про него не хочу, — рыкнул Торн.
— Ты моя.
— Эй, полегче — ярлыки на меня вешать. Я тебе не проктэррианская клуша. И вообще, ты легко отделался: я бы на месте Наи тебе твой гендерный признак по самый гендер оторвала бы.
У Райдэка вытянулось лицо, и темные брови изумленно взлетели вверх:
— Ты что, меня ревнуешь? — с затаенной надеждой во взгляде уронил он.
— Пф-ф. Вот еще. Обычная женская солидарность, — умыла его я.
А нечего нос задирать. Ревную… Да если бы я тебя ревновала, я бы твоему мозгу такой вынос устроила, обратно на носилках заносить бы пришлось.
Райдэк после секундного молчания загадочно улыбнулся, наклонившись к моему лицу почти впритык.
— Если бы ты была на месте Наи, я бы женился на тебе в день твоего совершеннолетия, — нос Райдэка коснулся моего, а вкрадчивый шепот прошелся по моим губам как ласка.
— Зачем это? — завороженно наблюдая, как в радужке его серебристо-серых глаз расширяется зрачок, спросила я.
— Чтобы ярлыки навешать, — коварно улыбнулся Торн, прижавшись губами к моему плечу. — Вот здесь. И вот здесь, — перемещаясь к ямочке ниже, проворковал он. — И вот здесь…
Легкие скользящие поцелуи выписывали на моем теле партитуру страсти, и мне все сложнее было удерживать ведущую партию.
— Если думаешь, что после этого мое мнение о тебе изменилось, ты сильно заблуждаешься, — собирая растекающиеся в кисель мозги, оперлась руками в грудь Райдэка.
