Подвинув к себе тарелку, я, пытаясь уйти от скользкого разговора, сосредоточилась на еде, удивленно зачерпнув ложкой плавающие в синей жидкости разноцветные звездочки.
— Это съедобно? — покосилась на Райдэка.
— Этот холодный суп называется ""Вселенная"", — смело поглощая синюю бурду, улыбнулся он. — Здесь только проктэррианские овощи, залитые соком сантарии.
— На гаспачо похоже, — радостно отметила я, попробовав блюдо на вкус и, найдя совершенно безобидную тему для беседы, стала расспрашивать Торна о гастрономических предпочтениях проктэррианцев.
Выяснилось, что они едят много морепродуктов, овощей и растительной пищи, меньше рыбы и мяса, но в любом случае все их продукты натуральные и без синтетических добавок.
После завтрака Торн повел меня учить игре в котч, которая боулинг действительно напоминала отдаленно — больше биллиард, где кием служила рука с шаром.
Шаром следовало попасть в точно такой же, находящийся под одной из стенок, таким образом, чтобы тот, срикошетив, ударил очередной шар. Должна была получиться целая цепочка касательных ударов, загонявшая самый последний биток в центральную лузу.
Игра требовала определенных знаний физики, геометрии, а также навыков и тренировки глазомера, памяти и синхронного взаимодействия с мышцами. Котч сочетал в себе отдых и спорт одновременно. Мне, как натуре азартной и увлекающейся, было понятно, почему он нравился проктэррианским мужчинам. И хотя выиграть у Торна мне не посчастливилось ни разу, время мы с ним провели отлично, за что я его и поблагодарила, как только, вернувшись в док, мы сели во флайкап.
— На Проктэрре несметное количество интересных мест, изобретений и диковинок, — улыбнулся мне Райдэк.
— Хочешь сказать, что мне хватит впечатлений на всю оставшуюся жизнь?
Торн промолчал, уловив четко отслеживающийся ироничный подтекст в моем вопросе. Включив навигаторы, он защелкнул на мне защиту и попросил:
— Обратно давай без фанатизма? Лети осторожнее.
— Слушаюсь, командор, — не настроенная его поддевать, я взялась за штурвал и, дождавшись, когда откроются клинкеты, медленно опустила машину вниз.
Руки почему-то не почувствовали нужной вибрации. Неясное предчувствие стрельнуло где-то в районе затылка и колкой дробью прошлось по позвонкам. Несколько секунд самолет свободно парил над Проктэррой, а потом, заваливаясь на нос, стад падать вниз.
— Агни. Я же просил, — рявкнул Торн, стискивая ладонями поручни.
Отжав штурвал от себя и увеличив тягу, я попыталась переложить педали и выйти из штопора.
