Ну, разве что есть все время хотела просто невыносимо, и настроение почему-то скакало как температура на Вариусе — то до максимума вверх, то до минимума вниз. Но какими бы слабыми ни были мои материнские инстинкты, рисковать жизнью ребенка я и правда не собиралась. Ведь новость о нем вряд ли обрадует тех, кто пытался меня убить. Лакс, как же все запутывалось.
— Видите ли, Сапс… Отец ребенка не только не знает обо мне всей правды, но на данный момент даже не догадывается, что я жива. Нашей команде пришлось инсценировать собственную смерть, чтобы избежать преследования конгломерата и проктэррианцев.
— Умно, — радостно хмыкнул Сапс, посмотрев на меня с нескрываемым уважением. — И очень кстати. Это решает многие проблемы, — сложил на груди руки мужчина."
"— Я вообще-то собиралась сообщить отцу ребенка, что жива… — мне, конечно, понятна была радость Мердока, вот только я ее при всем уважении к поверенному не разделяла, поскольку он даже не представлял масштаба катастрофы по имени Торн Райдэк, которая обрушится на наши головы, когда командор узнает и об инсценированной смерти и о ребенке.
— Мне кажется, вам стоит с этим пока повременить, — категорично возразил Сапс. — У вашего деда осталось много документов с Проктэрры. Я попробую тщательно изучить каждый. И если еще и вы расскажете мне все, что узнали, возможно, я найду какую-нибудь зацепку.
— И как долго вы советуете мне молчать? — уныло посмотрела на Сапса.
— Я не вправе давать вам какие-либо советы в данной ситуации, — Мердок сморщился, словно съел что-то кислое.
— Дело слишком личное и щекотливое. Но как ваш семейный правозащитник, я в первую очередь думаю о ваших интересах и безопасности, мисс Агния, а потому отбрасываю любую сентиментальную составляющую. Сейчас в вашей попытке рассекретить себя я вижу угрозу вашей жизни, о чем и предупреждаю. Выбор как поступить в любом случае остается за вами.
— Я вас поняла, — я вздохнула тяжко и глубоко, с тоской уткнувшись взглядом в окно, за которым быстро менялась картина величественного мегаполиса.
Интересно, как долго я смогу наслаждаться жизнью, прежде чем собственная совесть сделает ее просто невыносимой? Смогу ли спокойно жить, спать, дышать, зная о том, что кто-то сходит с ума от горя, считая меня мертвой?
— Внешность вам тоже придется изменить, мисс Агния, — нарушил молчание Мердок. — Причем радикально. Я найду вам надежного стилиста.
Нерадужное настроение перешло в категорию отвратительного.
