Прививка для маньяка

Яна говорила, что ты умнее, чем нужно, никогда не отступаешь и всегда находишь… скажем так, необычное решение проблемы.

— Спасибо вам! — с чувством произнес ветеринар.

— Сочтемся, — буркнул Казимиров. — Где моя дочь? Она жива?

Обыскали все здание — от подвала до чердака, обнаружили запертых заложников из числа обслуги, нашли связанных, точно мумии, охранников, но никаких следов девушек.

Наконец Звоницкий вспомнил слова Арапова — дескать, девушки находятся совсем рядом и потому тоже пострадают при взрыве. Рядом со спортивным залом обнаружился бассейн, а при нем маленькая сауна — к счастью, выключенная.

Там, на деревянных полках, прислонившись друг к дружке, сидели Вера и Яна.

Увидев Глеба, Казимирова протянула ему руку и одарила его смутной улыбкой.

— Вы все-таки пришли спасти меня, Глеб Аркадьевич, — пролепетала ассистентка. — Я знала, что вы меня найдете! Вы как рыцарь на белом коне…

Звоницкому показалось, что девушка не в себе, и он, осторожно коснувшись ее горячего лба, воскликнул:

— «Скорую», и немедленно!

Девушек осмотрели прибывшие медики и немедленно госпитализировали.

С Яной Казимировой в больницу поехал отец.

Заложников — престарелых ветеранов ФСБ — тоже осмотрели врачи. Нескольким понадобилась медицинская помощь — в основном проблемы с давлением и сердечные приступы. Интересно, что проблемы со здоровьем начались у них уже после освобождения. Санаторий закрыли для проведения следственных действий. Арапова увезли. Спецназ погрузился в свой автобус и отбыл.

Глеб разыскал на третьем этаже застреленную овчарку.

Он взял покрывало и завернул в него труп собаки. Не считая полковника Хамзина, Томура стала единственной жертвой Арапова при захвате санатория…

— Что вы делаете? — вдруг подошел к нему майор Кононенко.

— Хочу похоронить собаку, — ответил Глеб и как-то занервничал под пристальным взглядом майора. — Я так понимаю, меня больше не подозревают в убийстве блондинки в моем дворе?

— Нет, больше не подозревают, — покачал головой Кононенко. — Нашелся свидетель, который видел, как мужчина заталкивал тело в машину.

Правда, издали и в полутьме, но все же разглядел, что это был невысокий человек субтильного телосложения.

— Свидетель? — изумился Звоницкий. Он уже сообразил, что «Любочку Тутышкину» подослал к нему Малик. И убил ее он же.

— Свидетель решил, что женщина пьяна, — поморщился майор. — И только на следующий день, когда делали поквартирный обход, вспомнил, что видел со своего балкона. Но к тому времени вы уже… пустились в бега.