Прививка для маньяка

Сидеть ему еще долго… но я все равно буду его ждать. Это я виновата в том, что случилось. Накануне я позвонила Валере и сказала, что ненавижу его за то, что он поставил наши жизни под удар. Вот у него и случился нервный срыв…

Звоницкий в очередной раз поразился причудам женской души и простился к Кирой навсегда. Алеша помахал ему на прощание.

— Когда станешь настоящим ветеринаром, помни, что для тебя всегда есть место в моей клинике, — сказал Глеб. И только когда мальчик вышел за дверь, запоздало сообразил — к тому моменту, когда Алеша исполнит свою мечту, Звоницкому будет в районе семидесяти… Ну и что?! Кто сказал, что жизнь заканчивается в этом возрасте?

Когда Кира с сыном вышли из палаты, в дверь робко заглянула Варвара Михайловна.

Глеб приветствовал ее восторженным восклицанием:

— Дорогая, глубокоуважаемая Варвара Михайловна! До чего же я рад вас видеть!

Пожилая дама вошла, тревожно озираясь. При виде перевязанной руки Звоницкого она ахнула, и все смущение как рукой сняло. Домработница принялась перечислять народные средства, которые помогут в два счета.

Когда госпожа Костомарова дошла до мумие с пометом тушканчика, Глеб не выдержал и расхохотался.

Варвара Михайловна подняла на него ясные голубые глаза и тихо спросила:

— Вы на меня не сердитесь, Глеб Аркадьевич?

— Разумеется, нет! — отрезал Звоницкий. — Правда, если бы вы мне сразу рассказали, в чем дело, то избавили бы меня от множества неприятностей. Например, от крайне познавательной экскурсии в морг…

— Глеб Аркадьевич, я не могла вам рассказать! Я всего лишь защищала свою семью.

Пыталась защитить. Я искренне считала, что Валерий безумец и верить тому, что он рассказывает, нельзя. Когда он прыгнул на капот вашей машины…

— Кстати, зачем он это сделал? Я что, похож на Малика?

— Нет, он принял вас за одного из его подручных. Решил, что вы хотите похитить Алешу… — Глаза домработницы вдруг увлажнились. — Вы спасли его, дорогой Глеб Аркадьевич! Спасли моего внука! Я обязана вам по гроб жизни!

— Не надо по гроб, — испугался ветеринар.

— Вы можете требовать от нашей семьи все, что угодно! — с чувством проговорила Костомарова. — Мы перед вами в неоплатном долгу!

— Послушайте, вы ведь не собираетесь ехать вместе с Кирой в Израиль?

— Нет, — вздохнула пожилая дама. — Мы с Фирочкой не очень ладим. К тому же у меня еще Танечка и две внучки. Не могу же я их бросить!

— Очень хорошо! — обрадовался Глеб. — Тогда я прошу вас вернуться на прежнее место работы. Забудем все обиды, начнем с чистого листа.