Прививка для маньяка

На пороге показалась Вера Войнаровская в черных джинсах и черной майке с надписью, в свете фар сиявшей фосфорическим блеском. Глеб погасил фары и вышел из машины.

— Здравствуйте еще раз, — поприветствовала его девушка. — Спасибо, что приехали. Но мне так неудобно…

— Мне тоже неудобно, — вздохнул Звоницкий. — Но не могу же я бросить вашу Томуру. Давайте показывайте собаку.

Девушка посторонилась, пропуская Глеба в дом. Внутри он оказался еще более странным, чем снаружи. Каждый сантиметр деревянной отделки был покрыт резьбой, не успевшей потемнеть от времени.

На второй этаж вела винтовая лестница, а рядом виднелась металлическая клетка лифта. Широкие проемы, отсутствие порогов и дверей… Звоницкий уже видел такое. Это означало, что в доме живет инвалид-колясочник.

Томура лежала на подстилке и тяжело дышала, вывалив язык. Глеб обратил внимание на странную кровать — такие бывают в больницах, с металлическими винтами, чтобы регулировать угол подъема изголовья. У стены стоял оружейный сейф, довольно навороченная и дорогая модель, Звоницкий понимал в этом толк.

В углу он заметил инвалидное кресло — пустое.

Глеб наклонился, погладил собаку, и Томура вяло мотнула хвостом.

— Так, мне нужно ее осмотреть. Принесите какую-нибудь лампу и дайте стул, — попросил он Веру и принялся осторожно разматывать бинты, стягивающие живот собаки. Бинты были изодраны — видимо, овчарка пыталась их снять. Но шов, на удивление, выглядел вполне прилично. Правильно говорят: «Заживает, как на собаке».

Глеб измерил температуру — тоже ничего страшного.

Странно…

— Поить нужно чаще, — посоветовал он. — Собака обезвожена, потому и горячая, и вялая.

— Она не поэтому вялая, — мрачно проговорила Вера. — У нее депрессия.

Звоницкий поднял голову и уставился на девушку. Ему частенько приходилось сталкиваться с хозяевами, которые настолько были привязаны к своим кошечкам и собачкам, что приписывали им человеческие чувства и даже мысли. «Доктор, Мася такая умная! Совсем как человек. Все понимает, только говорить не может».

Ладно, пенсионерке, которой престарелая болонка заменяет детей и внуков, еще можно простить такое высказывание, но молодая экстремалка с пирсингом должна более здраво смотреть на вещи.

— Депрессия?! — изумился Глеб. Конечно, у собак, которые являются высокоорганизованными существами, бывают эмоциональные проблемы. Но депрессия — понятие человеческое.

— Точно, — кивнула Вера. — И еще… она хочет умереть. Даже пыталась покончить с собой.