Призрачная дорога

Я крепко обнимал пакеты, за сохранность продуктов можно было не тревожиться, лишь бы не заморозились.

Я обошёл катушку вокруг, но ничего не заметил рядом с ней. Подойти ближе не решился. Вместо этого ломанулся через осины, не оглядываясь.

Ветки цеплялись за меня и мстительно хлестали, обдавая брызгами.

Заросли всё не кончались, я спотыкался о старые пни, упал, оцарапал колено и локоть.

Вскочил на ноги и замер.

Прямо передо мной стоял Господь Бог.

Господь выглядел дружелюбно.

Он помахал хвостом и лизнул мне руку.

Я хотел потрепать Бога за ухом, но Он отстранился.

Мы смотрели друг на друга, а потом я достал из пакета вкусный кусочек и предложил Ему.

Бог расставил передние лапы и не спешил подходить. Он ждал подвоха, жизнь научила Его не доверять людям.

Я положил кусочек на пень и отошёл в сторону.

Бог приблизился, обнюхал кусочек, осторожно взял в пасть и понёс в заросли.

Я смотрел Ему вслед и думал, что вот я Тебе сейчас помог, а потом когда-нибудь Ты мне не поможешь. И правильно, жизнь – это не «ты мне, я тебе».

Выбравшись из леса, я увидел брошенный в траву старый полосатый матрас.

На матрасе двое: дочь и Цыпочка.

Дочь закинула руки за голову, Цыпочка что-то карябает в журнале.

Вообще-то, я хотел здесь написать что-нибудь важное.

Что-нибудь оригинальное и мудрое.

Забыл, что хотел написать.

Схватил уже карандаш, но засмотрелся на Цыпочку и потерял мысль.

Сколько ни возвращался обратно в воспоминаниях, сколько ни рыскал по обочинам дороги времени, никаких следов.

Поэтому перейду к тривиальному вопросу, который задал бы любой обычный человек.

– Мокрая трава не беспокоит? – спросил я потому, что хотелось что-нибудь спросить.

– Нам нравится, – ответила Цыпочка.

Мне тоже нравилось. Даже очень. Приятно посмотреть на двух загорающих студенток, одна из которых без лифчика.

Что скажет Кисонька?

Богиню она исправила, больше богиня топлесс в шезлонге не валяется, зато ей на смену явилась другая, которую попробуй исправь. Добро пожаловать в реальность – здравствуй, молодое поколение.

– Что делаешь? – спросил я Цыпочку.

Я всмотрелся, она и в самом деле обводила буквы на журнальной странице.

– Какое милое детское занятие, – сказал я.

– Вы тоже обводите буквы, когда пишете.

– В каком смысле? – удивился я.

– Вы обводите невидимые буквы. Все слова давно написаны, остаётся их только обвести.

– Красивая мысль. Твоя?

– Ваша. – Это вы нам сказали на занятиях.