Вместо этого он оставляет освещение на самом низком уровне, достаточном для того, чтобы я могла различить поразительные линии его сильного тела, и в этот момент моя нервозность исчезает в бездне, оставляя после себя лишь голодное предвкушение.
19
АСПЕН
Айзек стоит передо мной, его темный пристальный взгляд скользит по моему телу, как у изголодавшегося человека, собирающегося проглотить свое любимое блюдо.
— Что ты хочешь получить от этого, Птичка?
Это слово, как молния, попадает прямо в мою душу, и у меня дрожат колени, когда он начинает медленно кружить вокруг меня, двигаясь за мной, а его пальцы проводят по моей коже, заставляя меня вздрагивать.
— Я же говорила тебе. Я хочу, чтобы ты научил меня всему, — шепчу я, чувствуя, как мое сердце выпрыгивает из груди. — Я хочу знать свои пределы, что мне нравится, а что нет. Я хочу, чтобы меня довели до того, что я физически не смогу больше терпеть, но еще больше я хочу, чтобы ты заставил меня почувствовать то же, что и в тот первый раз.
Он устраивается позади меня, обхватывает мою талию, его большое тело словно давит на меня, а когда его губы опускаются на мою шею, все внутри меня тает.
— О Боже, — выдыхаю я, когда моя рука опускается на его руку, а мои ногти впиваются в его теплую кожу.
Я всегда представляла его руки на моем теле, его рот на моей коже, и, черт возьми, это намного лучше, чем я могла себе представить. Каждое его прикосновение обжигает мое тело, словно электричество, пульсирующее между нами, и, несмотря на то, что мы едва начали, я понимаю, насколько плохой была эта идея.
Я никогда не оправлюсь от этого, но будь я проклята, если попрошу его остановиться.
Одна рука скользит вверх, другая опускается, и мое тело содрогается, я не знаю, на какое прикосновение обратить внимание, но в любом случае, я потерялась в мире блаженства. Его правая рука достигает основания моего горла, и его длинные пальцы смыкаются вокруг него, не сжимая сильно, но этого достаточно, чтобы заставить мое сердце учащенно забиться. Его левая рука опускается ниже, к моему бедру, к сердцевине, проскальзывая прямо под ткань моего платья.
Айзек обхватывает ладонями мою киску поверх прозрачных стрингов, и я немедленно прижимаюсь к нему, зная без сомнения, что он чувствует, насколько я в отчаянии.
— Мы не будем торопиться, — бормочет он, электризующая музыка пытается заглушить глубокие тона его голоса, но теперь, когда я знаю, что он принадлежит ему, кажется, что само его звучание проникает прямо в мою душу.
