Призрачный зов

Мне казалось, я уже ко всему готов, и не ждал сюрпризов от Вороньего Гнезда, но как же я ошибался! Бабушка – мой единственный родной человек в этой проклятой деревне, на которого я всецело мог положиться, – стояла передо мной то ли неживая, то ли заколдованная, то ли порабощенная невесть каким демоном. А я ничего не мог поделать, просто смотрел.

Впервые за все время в Вороньем Гнезде я даже не думал, как с этим справиться. Не вспоминал о том, что нужно бороться, спасать бабушку, спасаться самому. Попросту опустились руки, осталась только одна мысль: как именно я умру? Сожрет ли меня это существо целиком или выпотрошит.

Может, заколдует так же, как бабушку, и уже я сам буду преследовать друзей, чтобы расправиться и с ними.

– Ты-ы н-не геро-ой, – вдруг забулькало существо, содрогнувшись.

Я вжался в ствол березы еще сильнее. Слух уловил гортанный хрип, словно горло существа опухло слишком сильно и оно с трудом издавало звуки.

– Н-не лез-зь, – выдохнуло оно и подступило ближе на шаг.

Запах гнили, железа и почему-то болота ударил в нос с новой силой.

Я зажмурился, боясь даже пошевелиться.

– Н-не ле-е-езь! – застонало существо, и я тоже закричал.

Заголосил так громко, как только смог. Словно до этого тонул, а теперь сумел вынырнуть из воды и наконец-то сделал спасительный вдох. Я бился в истерике, пинал воздух, размахивал руками и кричал, кричал, кричал."

"Крепкие шершавые руки схватили меня за предплечья и встряхнули. Я хотел раскрыть глаза и взглянуть страху в лицо, но не мог. Мог только драться и голосить, срывая связки.

Находясь в этом первобытном страхе, я не сразу заметил, что лежу в кровати. Что ноги спутывает одеяло, а не мерзкое существо, представшее передо мной в обличье бабушки. И бабушку я тоже заметил не сразу: пахнущую выпечкой, румяную, но сильно напуганную из-за меня.

Я резко подскочил в кровати и бросился в бабушкины объятия. Захныкал, как младенец, прижался к ней всем телом. А она нежно обняла меня в ответ, погладила по спине и волосам и стала уговаривать, чтобы я успокоился.

Мокрая от пота челка лезла в глаза, сердце отчаянно колотилось за ребрами. Я наматывал сопли на кулак и пытался собрать себя заново по кусочкам. Я расклеился окончательно. И все думал и думал: кто же теперь сможет меня починить?

Глава 14

Объятия гнезда

Бабушка отпаивала меня чаем долгие два часа. Солнце уже поднялось высоко-высоко, утренняя прохлада, когда хорошо поливать огороды, улетучилась, но я не мог заставить себя сдвинуться с места.