Призрак сети

"

"Илья тупо слушал инструкции, ни во что не вникая. Голову словно набили ватой, и в ней осталась одна единственная неутешительная мысль. Их с Серегой план не сработал. Они так надеялись, что, выполнив обет, окажутся дома, но ничего подобного не произошло. Вместо родной квартиры вокруг был темный лес, ратники в кольчугах и бородатые мужики. И все из-за того, что они забыли грамоту.

Оставшись с Серегой наедине, Илья сказал:

- Капитально пролетели. Что будем делать?

- Ты как хочешь, а я пойду сражаться.

- Могут же убить, - предостерег Илья.

- Все лучше, чем бегать в собачьей шкуре, - возразил Серега.

Илья промолчал. Его обуревали противоречивые чувства. С одной стороны, сердце разрывалось при мысли о том, что он больше никогда не окажется дома и не увидит маму, а отец даже не узнает, что его сына считали героем. А с другой стороны, лезть в пекло и умирать не хотелось.

Он тайком потрогал висящие на шее бусы и вспомнил голосок Весёлки: «Я тебя ждать буду, сколько надо».

При мысли о том, как много всего он еще не успел, ему отчаянно захотелось жить. На крайний случай он может выучиться на колдуна и завести хозяйство. Конечно, это не то, что жизнь в двадцать первом веке, но все же лучше, чем смерть.

Больше они с Серегой не разговаривали. Каждый думал о своем, и только когда отряд подошел к стану ярла Биргера, а в просвете показались вражеские палатки, Серега сказал:

- Знаешь, ты меня прости за все, что было. Ты все-таки молодец. Не каждый решился бы в огонь лезть, чтобы человека спасти.

Никакой ты не трус.

- Только отец об этом никогда не узнает, - угрюмо заметил Илья.

- Жалко, что все так вышло. Ну бывай.

Вымотанные после бессонной ночи, шведы и их союзники вповалку спали вокруг шатров своих предводителей. На кольях возле тлеющих костров сохла промокшая одежда. Захватчики не ожидали нападения, полагая, что Александру понадобится еще не один день, чтобы собрать хорошее войско. Ярл Биргер и помыслить не мог, что русский князь рискнет атаковать большую армию с горсткой отчаянных храбрецов.

Зять шведского короля был настолько уверен в своей силе, что благодушие притупило чувство опасности. Лагерь отдыхал, не выставив даже дозоров.

Внезапно раздался звонкий, молодецкий посвист, и тотчас на берег вырвался отряд всадников. Ратники стремительно набросились на спящих врагов, и вот уже молниями засверкали вытащенные из ножен клинки и полетели наземь головы.