Призрак в мундире

– Цель? – все так же лаконично спросил Платов.

– В процессе выполнения операции возникла необходимость имитировать уничтожение документов вместе с портфелем. Пришлось вместе с остатками разорванного взрывом портфеля оставить пепел от сожженных бумаг и обожженные остатки нескольких настоящих документов. Это помогло нам выиграть время и сбить со следа гестапо. Все копии точные. За это я отвечаю.

В кабинет вошли офицер с погонами майора и два сержанта НКВД с автоматами. У Буторина екнуло в груди от нехороших подозрений, но майор собрал в портфель документы, которые Платов опечатал своей личной печатью.

И когда экспедитор и охрана ушли, Платов наконец поднялся из-за стола и подошел к разведчикам.

– Ребята, спасибо вам, что прорвались. Вы просто не представляете, что вы проделали.

– Ну, мы-то как раз представляем. Мы и проделали, – чуть пожал плечами Сосновский, но Буторин еле заметно толкнул его локтем.

– Вы прошли с боем и вернулись, – продолжил говорить Платов, пропустив язвительное замечание Сосновского.

 – Вы сделали почти невозможное, потому что операция с самого начала была провальной, но вы ее вытянули. Не зря погиб Иванников и его бойцы. Не зря погиб Анохин. Надеюсь, и Майснер выживет и еще будет полезен нашей стране, да и своей, новой. Это задание было для вас, не скрою, самым опасным. Если бы вы не справились, на этом существование вашей группы закончилось бы. Но вы справились…

Дверь распахнулась, и в кабинет быстрыми шагами вошел Берия. Он подошел к разведчикам.

Постоял, вглядываясь в лица каждого, потом сделал еще шаг и протянул руку. Буторин пожал ладонь всесильного наркома, потом пожал руку Сосновский. Берия кивнул в сторону стола для совещаний и первым уселся за него. Буторин и Сосновский сели напротив. Платов остался стоять.

– Почему двое? – спросил Берия у Платова не поворачивая головы. – Где Шелестов?

– Ранен, Лаврентий Павлович.

– Пулевое ранение в плечо. Операцию сделали в полевом госпитале. Сейчас он едет санитарным поездом в Москву.

– Тоже ранен при прорыве через передовую. Рана неопасная, но в ледяной воде он потерял много крови. Сейчас все в порядке. Медики говорят, что неопасно.

– А этот агент, немец?

– Тоже ранен, оставлен в тылу. Пуля извлечена. Надеемся, что немцы его не найдут. Группа все сделала, чтобы Майснер не попал в руки гестапо.

– Он пригоден к работе в дальнейшем? Как вы считаете, Сосновский?

Вопрос был неожиданно задан не Платову, и Михаил даже немного растерялся.