Призрак в мундире

– Здесь я шел, точно здесь шел, – торопливо заговорил Майснер. – Я еще хотел здесь портфель спрятать, а потом подумал, что от дождя документы могут испортиться, и тогда я зря их забрал из машины. Хотел место посуше найти. Вон туда надо идти!

Шелестов остановил Майснера, который бросился, было, вперед напролом через кустарник. Оставив немца под охраной Сосновского, он знаком предложил Когану и Буторину следовать за ним. Отойдя метров на тридцать, Шелестов заговорил:

– Ребята, понимаете, что мы близки к цели выполнения нашего задания? Сейчас главное избежать всевозможных неожиданностей.

Давай, Виктор, ты направо, а ты, Борис, налево. Выйдите на опушку, осмотритесь. Я прикрываю тыл. Мало ли? Может, кто-то уже по пятам идет за нами в предвкушении заветного портфельчика. Не знаю, как вы, а я уже никому не верю. Слишком много на кон поставлено.

Вернувшись к Сосновскому, Шелестов тихо приказал ему идти с Майснером к дереву и взять портфель. Группа будет прикрывать. Действовать Михаилу придется по обстоятельствам.

В крайнем случае Майснера следует ликвидировать. Но самое главное, если что-то пойдет не так, попытаться все же понять, кто Майснер. Антифашист, трус, предатель, агент гестапо?

Сосновский кивнул и махнул Майснеру рукой. Пошли! Немец двинулся вперед, оглядываясь на русских, которые разошлись по лесу, а потом совсем исчезли. Он шел, восстанавливая в памяти местность, какой видел ее тогда, во время боя на дороге. И в какой-то момент Майснер испугался. А как быть, если портфеля сейчас не окажется на месте? Но на то она и война, что бывает на ней всякое, и поворачивать с полпути назад нельзя.

Как та русская разведгруппа, что погибла на дороге, пытаясь завладеть документами. Наверняка ведь знали советские разведчики, что не одна, а две колонны идут, а отступать было уже нельзя, не повернешь назад. И не повернули.

Немцев было двое. Сосновский остановил Майснера, положив ему руку на плечо. Что-то больно уперлось в ключицу. Немец понял, что это ствол пистолета.

Михаил прижал палец к губам и осторожно выглянул из-за дерева. Может, их всего двое? Буторин и Коган знаков не подают, шума не поднимают. Не видят этих двоих? Или потому и не поднимают шума, что немцев всего двое? Майснер, стоявший рядом, молчал и только натужно сопел. «А ведь это связисты, – догадался разведчик. – Проверяют провод полевого телефона, проложенного прямо по земле. Временная связь, и вдруг здесь? Значит, готовится какая-то передислокация».