Призраки Орсини

Мой алтарь, на котором я приношу жертвы неизвестному божеству, надеясь, что однажды он позволит мне дышать свободно, вернув душу назад, когда я соберу все осколки разбитого заколдованного зеркала, словно тот мальчик из сказки про снежную Королеву. Слово «ЛЮБОВЬ» нельзя выложить трупами людей, которые однажды сделали меня монстром.

Она не должна была оказаться там. Никогда не должна была оказаться там…

Связанные запястья подвешены к металлическому крюку, полоска скотча скрывает ее губы, которые я целовал всего несколько часов назад.

Ее глаза закрыты, по щеке, из ссадины на лбу, стекает кровь. Темные волосы, спутанными локонами, закрывают одну часть, опущенного вниз, лица. Она без сознания. Может, это даже лучше, что ты не видишь, где оказалась. Это я привел тебя в ад, маленькая моя.

Ниже следовал текст, я полуслепым взглядом прошелся по буквам, которые расплывались перед глазами.

Все мышцы моего тела напрягаются до предела, причиняя физическую боль, когда я понимаю, что только вчера читал эти строки в отчетной тетради Зальцбурга.

Слово в слово.

И снова сигнал, открываю следующее сообщение:

«Кто ты?» Быстро набираю я и отправляю, делая знак Нику, тот понимает без слов.

«Вопрос не верный», —приходит через пару секунд.

«Хороший мальчик. Мне нужна еще одна жизнь.»

«Сколько выдержит твоя Белоснежка? У тебя восемь часов.»

«Какие доказательства необходимы?»

«Видео. Я напишу снова, и ты отправишь мне видеофайл. Только после этого сможешь забрать свою Белоснежку. Если хоть кто-то приблизится к бункеру я выпущу ей мозги и положу ее труп рядом с Такаши, а потом солью в сеть грандиозный план по уничтожению Изиды.

»

«У тебя моя отчетная тетрадь, Дино. Что? Не по зубам задачка? Мы скоро встретимся лично.»

«Кто ты?» – дублирую вопрос и отправляю.

Бл*дь, не отправлено.

– Успели? – ледяным тоном, спрашиваю я, едва контролируя желание раздолбать все вокруг.

– Нет. Не засекли. Мало времени, – отвечает Ник Варго.

Пульсирующая дикая боль накатывает волнами, захлестывая все тело, заставляя выныривать из бессознательного состояния.

Понимаю, что жива… еще. Невыносимая омерзительная вонь взрывает обонятельные рецепторы, к горлу поступает тошнота, пытаюсь открыть рот, но не могу. Язык распух, а губы заклеены липкой лентой. Рыдание, вызванное новым приступом дикой боли в висках и плечевых суставах, звучит, как мычание раненного животного. Пытаюсь пошевелиться и снова мычу в адской агонии. Мои ноги беспомощно болтаются, руки я почти не чувствую.