Призраки Орсини

– Что значит пропала? – переспросила Андреа, не услышав большую половину того, что я сказал, оглушенная известием. – Как это возможно? А полиция?

– Есть люди, для которых не существует преград и законов, – мрачно сообщил я. И в этот раз, даже врать не пришлось.

– Так не бывает! Не в наше время, не в Америке. Что ты несешь! Я поеду в полицию. Я все узнаю… Должны же остаться какие-то следы.

– Я попробую помочь, но Андреа, ты должна быть готова к тому, что ее уже нет, – безжалостно выстреливаю я.

– Что? – вскочив, кричит на меня девушка, толкая со всей силы.

– Я хотел помочь, – произношу я, и Андреа начинает нервно хохотать, потом оседает на пол, обнимая колени и застывает на несколько минут.

– Это ты во всем виноват, – надорванным голосом, говорит она.

– Вини меня, если тебе так легче, Андреа, – тихо отвечаю я. – Никто не ожидал, что Саша решится на такой шаг.

– Ее найдут. Найдут, – как молитву шептала Дреа, качаясь из стороны в сторону.

Конечно, ее найдут, ответил я мысленно.

Когда и где я посчитаю нужным.

– Тебе нужно вернуться к родителям. Ты им сейчас очень нужна. Пожалуйста. Андреа, забудь о личной мести, которую, конечно, ты собралась вершить, и помоги им справиться с трагедией. Я не оставлю дело Саши без внимания. Подниму всех знакомых, которые могут помочь…

– А как же тот человек, который хотел избавиться от Джейсона, тот, кому принадлежит остров? Ты сказал, что все получится.

– Черт, так и было. Он добыл информацию против Доминника, которую должен был выложить в сеть сегодня. Но покровители Джейсона вычислили моего знакомого и ликвидировали.

– И в руках этих людей сейчас моя сестра? А ты сидишь тут и рассуждаешь?

– Ты хочешь, чтобы я тоже получил пулю в висок?

Андреа на пару секунд застыла, сверля меня яростным взглядом.

– Я не знаю… Я хочу, чтобы Мария вернулась домой.

Я не был влюблен в Сару, но это не отменяло моей ответственности за гибель двадцатилетней девушки, которая только что стала матерью и могла прожить долгую и счастливую жизнь. Моя глупость понесла свои плоды. Я самонадеянно решил, что Лайтвуд не поднимет руку на ребенка, на невинного младенца. Но девочку трогать он и не собирался.

Грубый просчет. Я дал ему козырь, о котором мечтал и грезил Лайтвуд.