Призраки Орсини

Она даже не удивилась, или просто привыкла к присутствию Райза рядом со мной и не видела в нем угрозы.

Мы всю ночь экспериментировали. На самом деле, это было намного лучше, чем в прошлые разы, или я слишком долго сдерживала в себе чувственность и теперь дорвалась. Или нуждалась в новых эмоциях, которые помогали мне забыть о том, что ждет меня дома.

Утром Джек был таким милым и внимательным, он принес мне кофе и проводил домой, пунцовую от смущения, потому что, выходя, я столкнулась с его мамой.

Вернувшись в квартиру, которую когда-то купила для нашей семьи Мария, я снова почувствовала тяжесть, опустившуюся на плечи. Мама спала в своей комнате, пропахшей винными парами, а я ушла в спальню, которую когда-то делила с сестрой. В квартире были еще две комнаты, но она не могла спать одна. Ее мучили кошмары и фобии, а на шкафчике всегда стояли пузырьки с многочисленными препаратами, которые прописывала Джейн Кларк, ее психолог.

Спрятавшись под одеяло, я вспоминала, как мы были счастливы когда-то, как родители любили друг друга, как мы все гордились Марией, ее успехами, хваткой и рвением к жизни. Пока не появился Джейсон Доминник и не сломал ее.

Они уничтожили друг друга.

В ноутбуке сестры я нашла фотографии и письма, которые висели черновиками в ее электронной почте. Я не хотела вторгаться в ее личное пространство, но мне казалось, что, взломав пароль на компьютере, мы найдем что-то важное и сможем найти виновных в ее гибели.

Но я получила ответ только на один единственный вопрос: Кем был Джейсон Доминник для моей сестры?

Я не люблю Нью-Йорк. Если быть откровенным, это место я считаю проклятым, но иногда меня тянет сюда. В определенные моменты. Здесь находится мой алтарь, на котором я приношу свои жертвы. И каждый раз, когда новое имя из списка Зальцбурга оказывается раскрытым, я приезжаю сюда, чтобы предоставить выбор новому Призраку.

Почему Нью-Йорк? Огромный муравейник, миллионный мегаполис, как сердце мирового зла, он помогал скрывать преступления и пострашнее. Здесь так легко смешаться с толпой, стать невидимкой и творить свое черное дело.

Я держу на прицеле Антонио Варгаса, номер девять, под смешной кличкой «Пингвин».