Информаторы Антонио предоставили ему некоторые факты о том, что Джейсон устроил себе фиктивную смерть, чтобы убрать Лайтвуда и свалить из Изиды, и что недавние следы Доминника ведут в Нью-Йорк, и он предположил, что мне известно о его местоположении. Старик меня ненавидит и предполагает, что я собираюсь занять трон Изиды, убрав всех на своем пути. Он не раз намекал мне, что мои источники информации всегда на полшага впереди. Конечно, Ривьера недалек от истины, и я всегда знаю больше, чем все остальные. Скрыть от Риверы Доминика и его сучку не составит для меня большого труда.
Я готовился к его возвращению, но Джейсон выдвинул ряд требований и пришлось внести некоторые коррективы в программу прикрытия. К тому же, от членов правления ему скрываться осталось недолго. Я не хочу сеять панику, а она начнется, если Антонио поймет, что его жене угрожает опасность. Появление Доминника автоматически ставит ее под удар. Для всего конгломерата Джейсон Доминник – убийца Лайтвуда. Он сам сфальсифицировал свою смерть, чтобы подобраться к своему врагу и нанести удар.
Его скрипку с отпечатками пальцев нашли специальные агенты на месте гибели Лайтвуда. Не было ни одного единого следа, который соединял бы Доминника со мной. В исчезновении Изабеллы Прайс тоже заочно обвинили Джейсона, так как тело племянницы Лайтвуда так и не нашли. Но на самом деле, ее прах похоронили в могиле Марии Александры Памер. Сложная комбинация, в ходе которой мне пришлось купить хренову кучу чиновников и экспертиз. Однако, результат того стоил.
Никто, ни одна живая душа, не должен сомневаться, что я занял свое кресло в правлении незаконно. Лайтвуд сделал мне прощальный подарок, переписав все на меня. Я узнал об этом слишком поздно. Изабелла могла бы жить… В ее смерти не было никакого смысла, но она слишком много знала.
Я не люблю толпу, и всегда наблюдаю за подобного рода мероприятиями с расстояния. Столик с удобными кожаными креслами находится на втором ярусе, где, кроме меня, моей спутницы – темноволосой азиатской красавицы, имя которой я забыл, и Марка Доминника, который сидит напротив, никого нет.
Уединение дает мне перечень преимуществ. Я вижу весь зал, как на ладони, и, в то же время, защищен от любопытных взглядов. Марка явно раздражает моя подружка, и это чувство у них взаимно. Они перекидываются колкими репликами, пока я, прищурившись, пытаюсь рассмотреть жену Ривьеры. Вживую, так сказать. Я видел множество фотоотчетов, и знаю о ней предостаточно, но лично вижу впервые.
