Одно дело, когда ты внутренне готова и ждешь поцелуя и совершенно другое дело, когда это происходит внезапно. Впрочем, я не чувствую никакого отвращения или непринятия, только смущение. Еще совершенно недавно я целовалась и занималась любовью с Элиотом и сейчас меня целует Даллас. Определенно к многомужеству будет не так просто привыкнуть.
Мысленно отвесив себе подзатыльник, я покорно прикрываю глаза, стараясь ответить на поцелуй. Этот мужчина вскоре станет моим мужем! К тому же Даллас не действует напористо или грубо, каждое его движение невероятное нежное и деликатное.
Он, словно бы прикасается к невероятно хрупкой статуэтке, явно боясь напугать меня.
Наслаждаясь невероятным поцелуем, я едва не задыхаюсь, когда мужчина резко меняет свою тактику и поцелуй из нежного превращается в страстный. Нет, я определенно не готова зайти дальше поцелуев. Точно не сейчас.
Упираясь в грудь мужчины руками, я слегка отталкиваю его и чувствую невероятное облегчение, когда он отстраняется. Глаза Далласа, когда он смотрит на меня, в этот раз сверкают не от лукавства или веселья, а от страсти, заставляя струны в моем теле напряженно вибрировать.
М-да, оказывается, я еще та развратница!
А ведь меня еще ждет первая брачная ночь! И не с одним, а сразу с тремя мужчинами!
Отчаянно краснея, представляя себе эти порнографические сцены, в которых я голая в объятиях трех мужчин, мне становится немного страшно. И, наверное, только страх заставляет меня пойти на отчаянные меры.
— Даллас…
— Что? — хрипло выдыхает мужчина, прикрывая глаза.
— У вас в мире есть книги… ну…
— Книги? Какие книги?
— У нас же будет первая брачная ночь после ритуала? — неуверенно шепчу я, желая провалиться от стыда под кровать. Взрослая же девушка, а такое ощущение, что еще невинная дева.
— Конечно, — более уверенно выдыхает мужчина, слегка приподнимая бровь.
— Так вот… есть ли у вас книги по этому вопросу…
— Какому вопросу?
— Я хочу прочитать, как это будет происходить, — смирившись со своей судьбой, цежу я сквозь стиснутые зубы.
Вот только вид предельно спокойного Далласа выводит меня из себя еще сильнее. Да я руку готова отдать на отсечение, что он сейчас внутренне умирает со смеху. — Как мы будем заниматься любовью вчетвером! — уверенно забиваю я последний гвоздь в крышку своего гроба.
Слушая веселый смех, который последовал после моих слов, я, не сдержавшись, тянусь руками к шее мужчины, желая скорее прекратить его мучения.
