Призыв - дело серьезное. Ошибка в ритуале

Недовольна тем, что он поступил так вместо того, чтобы просто воспользоваться ситуацией и обнять замерзшую девушку, как полагается делать на свиданиях. А еще он молчит, разглядывая меня чуть исподлобья.

— Что-то случилось? — чувствую себя окончательно и бесповоротно неловко и перехожу в наступление. — Кажется, ты мне грозился свиданием. Передумал?

Арес Дарро хмурится и отвечает вопросом на вопрос:

— Вы были вместе, когда я появился в Раадриме?

Мне не нужно уточнять, о ком он говорит. Тут и йарху понятно, речь идет о некроманте.

Внутри словно что-то обрывается и с противным звоном и летит в бездонную пропасть.

— Нет, но Гас мне всегда нравился, а недавно я выяснила, что и я ему не безразлична, — отвечаю как есть, и будь что будет.

Жду чего угодно. Упреков. Сцену ревности, но светлый так же спокойно уточняет:

— Выходит, не проведи ты ритуал связи судеб, вы бы уже начали встречаться?

Отвожу взгляд, принимаясь рассматривать великолепные крупные аминии — бело-голубые бутончики которых как раз готовятся распахнуться, подставляя лунному свету нежные лепестки.

Сегодня трехлуние — все три красавицы-луны смотрят на нас сверху вниз, заставляя красиво серебриться речную гладь.

Арес терпеливо ждет, и тянуть с ответом не имеет смысла.

— Не знаю. Возможно.

Светлый поднимается и делает несколько шагов в сторону. Затем столько же обратно, словно успокаивая нервы. Поворачивается ко мне:

— Я понимаю, что все пошло кувырком. Знаю, ты не нарочно провела тот обряд, зря я на тебя поначалу злился, — говорит он как-то грустно.

 — Не только мне сейчас непросто. Понимаю. Экзамены, дуэль. Диплом на носу. А тут навязался какой-то иномирный жених. Неизвестно кто такой и неизвестно откуда взялся. Да еще и светлый, — он иронично усмехается, и я впервые решаюсь поднять взгляд и посмотреть на Ареса прямо.

Он на меня не смотрит, любуется цветами, или притворяется?

— Ты прав, — подхожу и встаю рядом. — Я, действительно, сделала это не нарочно. И, поверь, если бы я могла. Если бы знала, как все это отменить и исправить, освободила бы тебя, не раздумывая в тот же момент и с огромным удовольствием.

Светлый едва заметно напрягает мышцы, затем расслабляет.

— Вот только… — слегка мнусь перед тем, как продолжить. — Только зачем тогда ты назвал меня этой самой… дайри, — незнакомое слово с трудом ложится на язык, вызывая неловкость, как будто затронула что-то интимное, — если и тебе все в тягость. Зачем сделал это? — беру его ладонь и прижимаю к своей груди чуть пониже ключиц.