Призыв - дело серьезное. Ошибка в ритуале

Серо-зеленая морщинистая шкура с редкими жесткими волосками, торчащими там и сям, вызывает чувство омерзения. Голова без единого намека на глаза едва не упирается в верхнюю часть защитного купола, щерится зубастой пастью. Дополняют этот ночной кошмар четыре когтистые лапы в верхней половине туловища.

При виде такого монстра огневики кажутся мне закадычными друзьями, с которыми и в таверне не грех посидеть. Охохо… Плохи мои дела. Я полагала, что Маклюс призовет кого-то из своих обычных боевых фамилиаров, но это что-то совсем новенькое.

Всерьез размышляю, не пора ли использовать главный козырь? Или постараться справиться собственными силами в рамках учебной программы?

Присутствие Войси-Лауди склоняет чашу весов ко второму варианту.

Уж больно подозрительно, что ректорша здесь, когда нет даже кураторов. Но для старшекурсников это норма. Наблюдения духа арены достаточно. Тогда с чего бы Стерве интересоваться обычной дуэлью адептов настолько, что она является сюда в воскресенье?

Уж не из-за меня ли? Вдруг Стерва поняла, кто взял гримуар?

Слепыш шумно втягивает воздух, отвлекая меня от панических мыслей.

Испустив оглушительный рев, чудовище направляется ко мне через арену. Не выдержав напряжения, активирую артефакт физической защиты — хотя бы на первый раз меня не растопчут. Что есть сил припускаю навстречу, стремясь проскочить у него под брюхом и добраться до центра арены.

Руфусу пока не до меня. Он все силы тратит, чтобы контролировать неповоротливое существо. Если он и может как-то мне помешать, то только при помощи самого слепыша.

Когти мелькают в считанных сантиметрах от меня. Увернувшись, спотыкаюсь и качусь по песку. На четвереньках выскакиваю из-под тяжелой ступни.

Меня не раздавили, потому что я такая ловкая? Или, потому что какой-то из защитных артефактов сработал? Под кофтой на шее спрятана целая связка.

Достаю все и на ходу безошибочно нащупываю нужный. Продолговатый и шершавый, похожий на конус с острым нижним концом. Отламываю его и бросаю на землю. Вокруг возникают иллюзии. Одна, другая, третья, десятая — мои точные копии не только по виду, но и на запах, и по тепловому и магическому излучению.

Они вертятся, выстраиваясь по периметру арены. Повторяют все мои действия.