Наглаженные брюки, рубашка с погонами… да он даже причесан был! И взгляд у него будто холоднее и острее кажется в такой одежде. Наверное, профессиональный.
Но у себя дома он казался мне совсем другим. Чуть помятые штаны и клетчатая флисовая рубашка поверх, обычно, голого торса, делали его похожим на обычного и очень простого мужика. Пока он, разумеется, не начинал говорить.
— Ну, здорово, молодёжь, — прошёл Михаил Захарович в квартиру, протянул Артёму пакет с, как я поняла по выпирающим из него углам, контейнерами.
— Подгон от Маруси, чтобы ты подыхал только от любви, но не с голодухи. Я в ванную зайду, или там смазка по стенам?
Опустив взгляд, я почувствовала, как у меня раскраснелись щеки и шея.
— Заходи, — кивнул Тёма. — Но, тогда, в мою комнату не заглядывай.
— Понял, — простодушно кивнул Михаил Захарович и зашёл в ванную комнату, закрыв за собой дверь.
— Если бы у меня не было двое старших братьев, от ваших шуточек я бы уже сознание потеряла, — прошипела, вручаю Тёме лопаточку.
— Дожаривай оладьи. Я пойду хоть трусы надену. Или штаны.
— Подожди! У тебя тут… — остановил меня Тёма, подозрительно глядя на мою спину.
— Что там? — я начала кружиться и заглядывать себе за плечо, чтобы понять, что там может быть не так.
Тёма от души шлёпнул мне по заднице.
— Этого у тебя тут не хватало, — произнес он с пацанской улыбочкой и пошёл с пакетом и лопаточкой в зону кухни.
Закатив глаза, делая вид, что мне не весело, я вошла в комнаты и переворошила всё постельное, чтобы найти свои трусы.
И нашла их в углу комнаты в пыли.
— Класс… — выдохнула я безрадостно. Взглядом порыскала по комнате и нашла Тёмины штаны. — Сойдёт.
Натянула спортивки, поправила пучок на голове и вышла из комнаты, снова вернувшись к плите, где Тёма, переворачивал последнюю партию оладий.
— Я доделаю, — сказал он с улыбкой и чмокнул меня в кончик носа.
— Тогда я чайник поставлю.
— Угу."
"Мы с Тёмой накрыли на стол, решив вкусняшки из контейнеров оставить на обед и ужин.
Из ванной с закатанными рукавами к нам вышел Михаил Захарович и удовлетворенно сел за стол.
— Чай без пива, конечно, не так вкусен, но да ладно. Оладьи ваши вроде съедобно пахнут, — замахнул он одну, щедро макнув ее в банку со сгущенкой. — Ну, что, молодожёны? — обратился он к нам, сидящим напротив него. Тёма по-хозяйски отвалился на спинку стула, одной рукой держал кружку с чаем, а другой — моё колено под столом.
