— Мы без ночевки, — сказал Тёма, не отвлекаясь от нарезки хлеба.
Эта информация меня не обрадовала. Почему-то я была уверена, что после ужина мы останемся с ночевой. Даже сменную одежду с собой прихватила. Помечтала о том, как мы вместе будем спать в Тёминой комнате в обнимку, разговаривать до рассвета…
— Скучная молодёжь пошла, — вздохнул Михаил Захарович разочаровано, и я вместе с ним.
Глава 27. Ольга
— Твой приехал, — дёрнул мой напарник по смене в сторону окна.
Слегка отклонившись назад, пригляделась.
Точно — мой!
— Подождёт, — нарочито деловито изрекла я, теперь уже трясущимися руками расставляя товар по полкам.
Артём уже месяц заезжает за мной после работы, а я всё никак не могу к этому привыкнуть. Каждый раз как первый. Дрожь, мурашки, желание показать всем, что обо мне заботиться мой парень. Уиии!
— Иди уже, — хохотнул Даня. — Похеришь сейчас весь товар. Сам закончу.
— Золотой ты человечек с плешивой головой, Данька. Целую твой полуостров, — отправила я ему воздушный поцелуй и побежала в раздевалку, где быстро переоделась в своё.
В платье разумеется.
Теперь несовместимость Тёмы с моими платьями мне очень даже нравилась.
Я выскочила из магазина и почти вприпрыжку дошла до Тёминой машины, на заднем сиденье которой сидел Кай, вывалив розовый язык наружу.
— Привет! — плюхнулась я на сиденье и, минуя облизывания Кая, потянулась к Тёминым губам. — Оу! Кое-кто соскучился? — выдохнула я блаженно, когда Артём нашёл в себе силы, чтобы разорвать поцелуй и не взять меня прямо на парковке.
— Соскучился, — ответил Тёма, не скрываясь. — Ко мне?
— Через магазин. Я голодная, — кивнула я и пристегнулась.
— Я приготовил мясо. Или ты еще что-нибудь хочешь?
— Всё, что я хочу уже готово.
— И что это?
— Мясо и ты. Или ты не готов?
— Я всегда готов, — подмигнул мне игриво Тёма и весьма красноречиво поправил стояк в джинсах.
В Тёминой квартире я привычно оставила сумочку в прихожей, прошла в кухню и помыла руки, пока Тёма ставил чайник и доставал из духовки мясо.
— Вау! — присвистнула я. — Я думала приготовил мясо для того, чтобы его приготовила я. Ну, то есть поставил его размораживаться.
— Недооцениваешь. Обидно, — деланно вздохнул Тёма, разрезая мясо на порции.
— Поедим перед телеком? Не хочу сидеть на жестком стуле.
— Согласен.
Мы устроились перед телевизором. Начали есть, делиться эмоциями о прожитом дне, иногда поглядывая боевик, который выбрали для просмотра.
