Прятки

Беспрепятственно проникнув внутрь, Нардан, с явным знанием местности, пошел дальше. Оказавшись в помещении больше всего похожем на подсобку из-за стоящих тут и там мешков, коробок и прочего, они приготовились ждать. Граф удобно разместился на одном из ящиков, Правитель же укрылся в тени стеллажей.

— Слушай, а почему тут никого нет? Кто угодно ведь может зайти.

— Ну, зайти-то зайдет, — хмыкнул Нардан, — да выйти проблема будет. Так и не дождавшись продолжения, Ариашари со вздохом спросил.

— Почему?

— Он сам тебе расскажет, если захочет, — подмигнув, граф спрыгнул со своего насеста и, распахнув объятья, шагнул к двери.

— Хеллар, дружище! Сколько лет, сколько зим!

— Нард? И тебе не кашлять! А я-то думаю, кто этот самоубийца, который прошел через мои охранки и хозяйничает на складе?

Попавший в дружеские объятья худощавого телосложения мужчина был довольно высок, но чуть ниже Нардана, его узкое лицо и орлиный нос прекрасно гармонировали с собранными в хвост темно-русыми волосами.

Глаз Ариашари не разглядел, но решил, что их выражение непременно должно быть внимательным и гипнотизирующим. Одевался хозяин таверны не броско, простые, темно-коричневые кожаные штаны и такая же жилетка поверх серой рубашки.

— Какими судьбами ты здесь? Я слышал, тебя сцапали храмовники?

— Хе. Твои сведенья устарели! Как видишь, я на свободе. Правда, не вполне в порядке… ну да это поправимо. Ты же не бросишь старого друга в беде? — сказав это, Нардан с ожиданием уставился на собеседника.

— Конечно, не брошу. Долги я всегда возвращаю, — задумчиво ответил Хеллар. — И все-таки, как тебе удалось сбежать? На моей памяти, это никому не удавалось.

— О! Это длинная история! Могу сказать лишь, что ничего бы не получилось, если бы не помощь этой юной эри, — свои слова граф сопроводил широким жестом в сторону стоящего тихо и потому не замеченного Ариашари.

Нардана просто распирало от гордости.

Он был очень доволен своей маленькой хитростью. По его мнению, ни один уважающий себя аристократ, а уж тем более правитель королевства, никогда и не при каких обстоятельствах не согласился бы выдать себя за женщину. Каково же было его удивление, когда Ариашари, ни единым жестом не выразив своего недовольства, подошел к Хеллару и, подав руку для поцелуя, произнес:

— Зовите меня Шади. Мне очень приятно познакомиться с другом графа Ирбиса.