Про то, как вредно спасать драконов

Ладонь измазана в чем-то черном. На вкус и запах — обычная краска для волос.

— Мать моя король драконов, папа эльф, сестра упырица вам на голову! Вы что сотворили, изверги! — вскочила я на ноги.

Диль, наконец, перестал ржать, а Алак и Рэйка шарахнулись в разные стороны. Я продолжала громко и изобретательно ругаться, объясняя этой троице, что их родственники были не правы, когда позволили им родиться на этот свет. Сама направилась к тазу с водой для умывания. Отражающих поверхностей в досягаемой близости не было, и причинный ущерб я оценить не могла.

Просто окунула волосы в чистую воду и принялась их хорошенько вымывать. Меня пока не трогали.

Что на них нашло? Вроде взрослые люди, а шутят как лицеисты. Это ж надо краску для волос мне на голову вылить. Стоп.

— Что все это значит? — принялась я высушивать свои локоны.

— Шая, где ты училась? — Алак уже отошел от шока, связанного с моим поведением, и вспомнил, что истребитель здесь он.

— В Академии, — рыкнула я.

— Ты знала нариль Санашаю Сареш?

— Это допрос? — наклонила я голову, и белоснежные пряди скользнули мне на лицо.

Волосы были все так же седы. Краской для волос от седины не избавишься.

— Это просьба рассказать мне о ней, — мотнул он головой. Догадываюсь, что память о моем отношении к допросам еще свежа в его сознании.

— Тогда объясни причину своих поступков, — тряхнула я гривой.

— Мне сообщили, что тайные службы, с ног сбились, разыскивая одну молодую магичку. Ей девятнадцать, она студентка Академии на факультете Лекарства. Черноглазая брюнетка, не высокая, стройная.

Способности средние. Информации о ней очень мало, зато охота на нее ведется серьезная. За нее дают золото, — при этих словах я чуть не побежала сдаваться. Нужна живой. Гильдия истребителей тоже получила на нее заказ. А так как обстоятельства нашего знакомства весьма подозрительны, и по некоторым чертам вы схожи, я решил проверить, не являешься ли ты искомой нариль. Купил краску, и пока ты спала, попытался окрасить твои волосы, но что-то пошло не так и краска не подействовала.

Выкладывая все это мне, он внимательно следил за выражением моего лица. Наивный.

— Ты разве не в курсе, что седина краской не закрашивается? — возмутилась я. А у меня так вообще от нее зуд. Поэтому и реагировала так бурно.

— Вообще-то нет, — смутился он. Рэйка и Диль в этот момент подошли ближе, поняв, что я не собираюсь больше бушевать.

— Прости, Шая, — покаялась брюнетка. Теперь понятно, чьи заботливые ручки опрокинули мне на макушку эту гадость.